Стальной пейзаж за окном напоминал огромную печать будущего, где черные стены провала выделялись на зеленеющем фоне леса. Вокруг тихо шёпотом сновали люди в одеждах скорби, а над головой сияло кровавое пятно - яркий огонь, что-то неземное и безумное из глубин провала.
Похоже, «Стальные небеса» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В груди у меня сдавило, и тут же полыхнуло надеждой."
"– Но ведь тело еще не нашли, – сказала я сипло, отодвинувшись и вытирая опухшие глаза. Леди Лотта смотрела на меня с понимающей обреченностью.
– С такими повреждениями не живут, – резко произнесла Рита. Она то отворачивалась, то смотрела на меня с яростью, которая то и дело сменялась растерянностью и жалостью. – Даже если он не умер от ожогов, он бы умер от потери крови. Майор сказал, был прилив, тело унесло, а фрагменты застряли меж камней. Он сказал, листолет разбился в лепешку, половину обломков тоже смыло.
Она была права, но я помотала головой, поднимаясь. Я должна была увидеть место крушения. Я должна была сама увидеть, мог он выбраться или нет.
– Военные, которые нашли листолет, еще здесь? – спросила я.
Леди Шарлотта покачала головой.
– Они уехали в Третий форт.
Я потерла ладонями лицо и потянулась к телефону – набрать Леймина.
Через час я с леди Лоттой и Ритой стояла в окружении охраны и военных на мокрых валунах у моря.
Царило молчание, у разбитого листолета суетились военные следователи, и только волны шуршали в пяти метрах от аппарата.
Листолет, черный, мокрый после прилива, с потеками морской воды на обгорелых сиденьях, расплющенный, с вывернутыми железяками и острыми торчащими во все стороны обломками, на которых лишь кое-где сохранился красный лак, выглядел так, будто его переехало катком.
Я вздохнула, прижимая руки к животу, вытерла снова пошедшую носом кровь и попросила отвезти нас обратно в замок Вейн.
Весь последующий день и ночь прошли как в тумане. Вернувшись, я рухнула в постель и больше не смогла встать. Не могла есть и пить, но заставляла себя ради детей, не могла спать – и тут уже воля не помогала. Безжалостная память подкидывала мне то картины ссоры – я половину вспомнить не могла, – то наши с Люком счастливые мгновения.
Как бы я хотела все изменить. Как бы я хотела быть с ним каждый момент, который был нам отпущен.
И сейчас, ступая по парковой дороге рядом с леди Лоттой и Бернардом, я тоже была погружена в воспоминания.
