В темноте, где лишь блеск луны оживляет тени, начинается неистовая кошачья битва. Глаза и когти выскальзывают из-под маски ночи. И вот внезапно, словно от некоего затаившегося приказа, тени объединяются в дикой схватке, а скалы застыли, будто ожили. Из безмолвия выходит огромный черно-бурый кот, готовый исколупать все на своем пути....
Для этого нужно-то всего ничего: сесть где-нибудь на виду и смотреть голодными глазами…
— Ага, и мне насыпят в миску шариков, которые похожи на заячий помет! — подхватил Клубок.
— Ни за что! Вот уж никогда не хотел бы быть домашней киской! Быть у Двуногих вместо игрушки! Есть всякую гадость, которую и едой-то не назовешь! Ходить по делам в коробочку с песком и не высовываться из дому, пока Двуногие не разрешат? Нет, это не жизнь! Вот у нас — у нас свобода! Дикая природа! Иди куда хочешь, делай что хочешь! — Он закончил речь и подытожил, блестя глазами: — Пока ты не попробовал свежепойманную мышь, ты не жил на свете.
— Нет, — вынужден был признаться Рыжик и добавил, как бы оправдываясь: — Пока еще.
— Тогда ты меня, наверно, не поймешь, вздохнул Клубок. — Для этого нужно родиться на воле. Это ведь совсем другое дело. Если ты рожден воином, тогда кровь воина течет в твоих жилах, а ветер странствий развевает твои усы… Котята, рожденные в домах Двуногих, никогда этого не поймут.
Рыжик вспомнил ощущения, которые он переживал во сне.
— Это неправда! — мяукнул он.
Клубок не отвечал. Он еще не закончил вылизываться, да так и замер с поднятой лапой. Он нюхая воздух.
— Чую кошек из нашего племени, прошипел он.
— Уходи скорей. Им не понравится, что ты охотишься на нашей территории.
Рыжик огляделся, удивляясь, откуда Клубок узнал о приближении кошек. Он ничего не почуял — ветерок донес до него только запах зеленых листьев. Но раз Клубок предупредил — так и есть.
— Быстро! — снова зашипел Клубок. — Беги!
Рыжик приготовился прыгнуть в кусты, хотя не знал, в какую сторону лучше бежать. Но он опоздал. За спиной у него раздалось грозное мяуканье:
— Что здесь происходит?
Рыжик обернулся и увидел большую кошку — она уверенно шла прямо на него из низких зарослей подлеска. Она была великолепна. Морда ее была в серебристых пушинках, уродливый шрам наискось проходил от одного плеча к другому, а гладкая серая шерсть в лучах лунного света отливала серебром.
— Синяя Звезда! Клубок, сидевший рядом с Рыжиком, пригнулся к земле и прикрыл глаза. Он пригнулся еще ниже, когда вслед за серебристой кошкой на поляну вышел кот — красивый золотисто-желтый с мраморными полосками.
— Тебе не следовало подходить так близко к жилищу Двуногих, Клубок! — сердито зарычал золотистый, щуря свои зеленые глаза.
— Я знаю, Львиное Сердце. Прости меня. Клубок опустил голову и стал смотреть на свои лапки.
