Встречайте "Стань звездой!", уникальное шоу с огромными жидкокристаллическими панелями, которое буквально завораживает зрителей своей интригующей перспективой. Здесь каждый желающий может стать кумиром миллионов, но только победителю!
“Если он, конечно, захочет со мной разговаривать…”
Вслух Зак этого не сказал, но от волнения у него дрожали пальцы, когда он набирал короткое сообщение:
“Курт, это я! Все в порядке. Я просто забыл телефон”.
Дрожь усилилась, когда рядом с сообщением появилась цветная галочка, обозначавшая, что Курт прочел послание.
Казалось, прошла вечность, прежде чем рядом с аватаркой Курта высветилось ""набирает сообщение"". И еще одна, прежде чем пришел ответ.
""Я тебя люблю""
Телефон едва не выпал из рук, но Зак вовремя вцепился в него пальцами.
Глава 62
Эрик свернул с шоссе на второстепенную дорогу. Ворота дома уже показались из-за поворота, когда Зак вдруг резко, шумно втянул воздух.
Инстинкт сработал быстрее, чем до сознания дошло, что происходит. Эрик нажал на газ, загоняя машину во двор, выскочил на улицу, обогнул капот и распахнул пассажирскую дверь.
— Что случилось? — спросил, быстро оглядывая Камерона. И только тогда увидел, что у щеки у того совсем мокрые, а по побелевшим от напряжения пальцам, зажимавшим рот, текут прозрачные струйки. — Я здесь, — Эрик просунул голову и плечи внутрь машины и обнял Зака, что есть силы прижимая к себе.
Зак вцепился в него и на несколько секунд дал себе волю. Он плакал беззвучно, но все его тело сотрясалось.
— Все хорошо, — выдавил он наконец прерывисто. — Все хорошо...
— Я знаю, — успокоил его Эрик, не спеша размыкать объятия.
Кажется, это были слезы облегчения. Эрик так и не научился разбираться, почему люди плачут, и не понимал девиц, рыдающих от счастья при покупке очередной модели смартфона. Для него слезы ассоциировались с матерью и ее неизбывным, неутолимым горем.
Но Зак будто сбросил с плеч груз. Каменно-напряженный еще пару минут назад, теперь он не цеплялся за Эрика, а расслабился в его руках, обессилев. Впервые он не пытался отшутиться или скрыть чувства за колкостью.
С оглушающей ясностью Эрик осознал, что впервые Зак предстал перед ним настоящим. Без защитного панциря, годами нараставшего на нем и ставшего таким толстым, что ни одна гиена от киноиндустрии не сможет прокусить. А таким, каким его видели Дебора и Курт. Хрупким, уязвимым, уставшим. Просто человеком, отчаянно нуждающимся в том, чтобы быть кому-то нужным в этом мире.
— Пойдем в дом, — предложил Эрик, когда дыхание Зака чуть выровнялось.
