Автор
Мир быстро меняется, и каждый шаг кажется предвестником неизбежного изменения. Аня Т., с ее склонностью переживать каждое перемещение, испытывает это особенно остро — от переезда в новый район до выбора маршрута до любимого магазина. Но вот она столкнулась с человеком, который несет в себе потенциал для переворота в ее обычной жизни: Станется моей победой....
Я несколько раз пытался поговорить с Данияром, но он, начиная рвать на себе рубаху, твердил, что с ним все в порядке, хотя все мы заметили, как он изменился за последние несколько недель.
— Ладно, погнали в гостиницу, — поднимаюсь со скамейки и хлопаю Жору по плечу. — Надо принять душ и выспаться. Кто со мной?
Чехов, Даник и Глеб подхватили сумки и, попрощавшись с остальными членами нашей команды, которые остановились в другом отеле, поспешили на улицу. Закидывая в рот сигарету, устало перебираю ногами, желая как можно скорее завалиться на кровать и услышать голос моей Тихони.
Меня пугает чувство одиночества, возникшее сразу после того, как я оказался в самолете. На взлете испытал ощущения, будто этот полет отрезает меня от Ани, разделяет навсегда расстоянием. Хотелось просто сойти с рейса и рвануть к ней.
Не думал я, что так трудно будет переждать разлуку…
Мне хочется оказаться рядом с ней, прикоснуться к нежным губам, увидеть ее улыбку, крепко обнять и больше никогда не отпускать. Тоска по Тихоне доводит меня до безумия и что-то параноидальное начинает просачиваться через толстый слой эпителия.
Я пытаюсь выдохнуть, напоминаю, что это ненадолго, но долбанные десять дней кажутся вечностью. Накручивая себя, впускаю в голову разные дурные мысли и просто не нахожу себе места.
Первое, что лезет в голову — это пес Диснейленда под дверью Аниного дома. Второе — что Колючка за это время отвыкнет от меня. Третье… Да какое, к черту, третье! Этих двух составляющих хватает, чтобы дойти до той точки кипения, когда просто слетают все предохранители.
— Завтра во сколько игра? — спрашиваю у Писателя, бронируя через мобильное приложение авиабилеты.
— В четыре часа.
— Отлично! Я в аэропорт! — резко изменив направление, иду к машине с огромной размашистой черной надписью «Uber».
— Сава, тебя мячом, что ли, приложило? — кричит мне в спину Писатель. — Какой, на хуй, аэропорт?
— Прилечу обратно к обеду. На тренировке скажете Санычу, что… Да наплетешь ему что-нибудь. Все, я погнал! До завтра!
Поймав такси, топлю на рейс.
За десять минут до вылета заказываю огромный букет любимых пионов и китайскую еду.
