Автор
Мир быстро меняется, и каждый шаг кажется предвестником неизбежного изменения. Аня Т., с ее склонностью переживать каждое перемещение, испытывает это особенно остро — от переезда в новый район до выбора маршрута до любимого магазина. Но вот она столкнулась с человеком, который несет в себе потенциал для переворота в ее обычной жизни: Станется моей победой....
Но Мир тут же синхронизируется и зеркалит каждое мое движение. А потом и вовсе резко обхватывает меня одной рукой за талию и притягивают к себе. Запускает ладонь в волосы, сжимая их на затылке, и наши лица замирают в миллиметре друг от друга.
— Я не могу без тебя… Пытался, но не выходит. Эту, сука, любовь ничем не вытравить! Понимаешь?! — шпарит Мир, превращая меня в пепел. Вижу, как и в его глазах медленно гаснет огонь. — Не молчи! Ну, давай, мотылек, пошли меня на хрен! Поставь перед выбором, сам я, сука, не справляюсь.
Не справляется…
Да меня расшатывает не меньше!
— Мирон, пусти, — пытаюсь его оттолкнуть, вот только Савельев сильнее прижимает меня к себе. — Думаешь, мне легко? Думаешь, это решение далось так просто?! — я больше не сдерживаю себя. Выталкиваю все, что так и рвется наружу. — Мне плохо. Очень! Я без тебя погибаю. Каждый день, глядя в свое отражение в зеркале, сильнее ненавижу себя. И знаешь, чего прошу у бога с наступлением рассвета? Чтобы моя пытка, мое наказание никогда не прекращалось, потому что только боль напоминает о том, что ты был в моей жизни.
Савельев никак не комментирует сказанное, дает мне время, чтобы отдышаться. При этом держит также крепко, не позволяя отстраниться и на миллиметр. Но самого же выворачивает наизнанку, каждое мое слово пробивает его насквозь.
— Ты меня когда-нибудь любила? — обхватив мое лицо ладонями, валит с ног вопросом, не позволяя отвести взгляд.
— Я никогда не переставала тебя любить! — выкатываю ему прямо в лицо, балансируя на руинах нашего разрушенного мира. — До сих пор люблю!
Мир усмехается.
Не верит?
Переубеждать не стану. В этом нет больше смысла."
"— От любви до ненависти — один шаг. Так говорят? — прижимаясь носом к моей шее, Мир шумно вдыхает. — Но это не про нас, Тихая… Я… Я не могу с тобой проститься. Моя. Особенная. Навсегда… Аня… — тянет, не справляясь с эмоциями.
Я чувствую, как его ломает. Телом ощущаю каждый толчок его сердца.
— Пожалуйста, Мирон… Мне тоже очень плохо. Давай не будем усложнять и без того паршивую ситуацию. Отпусти… — с трудом поддерживая связь с этой реальностью, чувствую, как на глаза наворачиваются слезы.
— А ты не думаешь, что просишь больше, чем способна принять? — он жалит меня горячим дыханием.
