Автор
Мир быстро меняется, и каждый шаг кажется предвестником неизбежного изменения. Аня Т., с ее склонностью переживать каждое перемещение, испытывает это особенно остро — от переезда в новый район до выбора маршрута до любимого магазина. Но вот она столкнулась с человеком, который несет в себе потенциал для переворота в ее обычной жизни: Станется моей победой....
— Кстати, дочка, сегодня к нам в гости придет папин коллега со своей семьей: Албанцев Станислав Евгеньевич, его уважаемая супруга Антонина Захаровна и сын Плутос, который на пять лет старше тебя, но имеет уже сеть овощных магазинов.
Серьезно? Какие гости? Я с самого утра занимаюсь домашними делами. А вечером планировала провести время за книгой, наслаждаясь ароматным ромашковым чаем. Да и потом, какая от меня польза? Деловые разговоры, анекдоты о бизнесе и обсуждение перспектив… Скучно."
"На самом деле, мне просто необходима перезагрузка, своего рода очищение.
— Мам, а мне обязательно присутствовать на этом вечере? После того как мы уберем весь дом, сил у нас хватит только на то, чтобы добраться до кровати. Видела же, какой завал на чердаке! Да я уверена, что мы с ним все выходные провозимся.
— Ты, девка, не дури! — журит меня мама, наглаживая рубашки. — Учись из всего выгоду извлекать!
— Да какая ж там выгода? — выдавливаю нервный смешок, выжимая тряпку. — Богатые женятся только на богатых. Это всем известный факт, — бормочу, тяжело дыша. — И потом…
— Богатые женятся на умных и чистых! — резко перебивает меня мама, в привычной манере отстаивая свою правоту. — А вместо того, чтобы со мной перепираться, ускорилась бы немного!
Ничего не сказав в ответ, просто отбрасываю тряпку в сторону и ухожу в спальню, прикрывая рот ладонью.
— Ты куда? — доносится голос матери. — Анна Пална!
Да за что мне это?!
В последнее время я и так на взводе, еще и родители давят со всех сторон. И каждый день мне все сложнее сдерживаться.
Эх, Савельев, знал бы ты, во что превращается твое появление в моей жизни…
Быстро ретируюсь в свою комнату и прижимаюсь спиной к двери. Сдерживая слезы, несколько раз тихонько ударяюсь затылком по деревянному полотну, ругая себя за… За что?
За слабость.
Дурочка… Беспросветная и недалекая…
Господи, кто бы знал, как мне тяжело. Я — как горе-сапер, что мчится по минному полю с закрытыми глазами. А вокруг все искрится, взрывается, горит… И вместе с этим разлетаюсь и я.
«Ты красивая»…
«В тебе нет ничего «обычного»…
«На меня смотри, новенькая.
