Двадцатипятилетняя героиня считает себя уже старой девой, прозябая в разорённом поместье среди нищеты и долгов. Её беспутный брат растрачивает последнее, а сама она, никому не нужная, ждёт чуда. Но жизнь приготовила ей неожиданный второй шанс.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Старая дева» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Двадцатипятилетняя героиня считает себя уже старой девой, прозябая в разорённом поместье среди нищеты и долгов. Её беспутный брат растрачивает последнее, а сама она, никому не нужная, ждёт чуда. Но жизнь приготовила ей неожиданный второй шанс.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Даниэль Брэйн Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
Двадцатипятилетняя героиня считает себя уже старой девой, прозябая в разорённом поместье среди нищеты и долгов. Её беспутный брат растрачивает последнее, а сама она, никому не нужная, ждёт чуда. Но жизнь приготовила ей неожиданный второй шанс.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Старая дева» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мало ли? Но я нетерпеливо кивнула:
— Прочитайте стихи речитативом, как будто под музыку. Давайте, «Мой дядя самых честных правил...» — ну? Пушкина знаете, я надеюсь? «Евгений Онегин»? Учили в школе?
— Когда не в шутку занемог, он…
— Ну? — подбодрила я. — Рассказывайте про дядю. Побольше выражения дайте.
— Он уважать себя заставил и лучше выдумать не мог. Его пример…
— Хватит, — прервала я, потому что здесь было слишком много любопытных — мне совершенно не нужных — глаз. — Пойдем со мной.
Девочка, конечно, почти никакая. Деревянная, невыразительная, но, наверное, это и требуется. Такой не понятый никем образ: для аудитории девушек в возрасте «teen» восемнадцати-девятнадцати лет. Институт не удался, родители угнетают, работа дно, денег нет, подруги стервы, парни козлы как на подбор. Девчонка никакая, и она будет читать такой же тоскливый серый рэп. Никакой соревновательности и вызова, сплошная боль, безысходность, уныние, тлен. Пару лет с программой она протянет — пока не сменится тренд. Они сейчас быстрые. Рэпу тоже немного осталось, это не музыка, это стендап.
Я тащила Ирину вниз, в каюты, мы прыгали как две мартышки по раскачивающейся палубе, и за нами следили десятки глаз. Кровожадные алчные твари, и я только надеялась, что они ничего не поняли. Нет, моя идея пока останется при мне.
Яхту качнуло еще раз, мы чуть не завалились обе прямо на лесенке.
— Псевдоним будет другой, — быстро говорила я. — К черту пафос, больше привычного. Подумаем. Образование есть? Какое? Где ты живешь? Кредиты, муж, дети, родители? Учеба? Какие-то обязательства?
Не простые вопросы. Певец — это работа. Адская, с раннего утра до поздней ночи, пока есть аудитория, пока аудитории важно то, что мы ей даем, пока она не выросла и ровесница-неформалка не стала ей менее интересна, чем бородатый упитанный конкурент, тягуче поющий о вечном и лживом — о любви к единственной женщине всей его жизни.
Все, что Ирина поняла — она меня чем-то зацепила. Больше ни я не успела ни слова сказать, ни она мне ответить.
Яхту качнуло еще раз — даже тряхнуло, Ирина полетела куда-то, жутко вопя, я успела схватиться за поручни, и меня оглушил истерический крик с палубы и гул воды. Пол поменялся местами со стенами, все полетело, смешались звон стекла, крики, рев волн, и какой-то до безразличия противный, холодный ужас сковал все мое тело. А потом пол и стены вновь поменялись местами, и прямо в лицо мне ударила удушливая ледяная волна.
Уже было такое — давно, точно так же я потеряла дыхание, когда допелась в конце концов в переходе — и голос мой, и без того не особо сильный, превратился в мой нынешний фирменный, с хрипотцой. Я долго болела, долго молчала, а когда смогла наконец говорить, оборвала себя на полуслове.
