Идиоты!
- Устами младенца глаголет истина, - хмыкнул за моей спиной Валентин Сергеевич. - Илюх, я даже не буду спрашивать, какого хрена вы в это полезли. Но, будь любезен, объясни, на фига ты опять взял мою машину.
Плечи у моего Хомяка напряглись, но вот голос прозвучал как-то совершенно и даже подозрительно спокойно:
- А что я, на своей спортивной ласточке должен был в промзону сунуться?
Вместо ответа дядя Ильи тоже применил самый эффективный способ передачи ума от старшего поколения младшему - дал нахалу подзатыльник. И поинтересовался:
- Ну что, так и будем развлекать товарищей полицейских или все-таки пойдем отсюда? Илья, я так понимаю, вас к тебе домой отвезти?
- Да, нам с Ариной еще одно важное дело надо обсудить, - и так пристально на меня посмотрел, что я поняла: в этот раз придется колоться.
Но если он рассчитывает, что я сдамся так просто - народная индейская изба ему, фиг вам называется!
Надо признать, в этот раз интуиция меня не подвела. Опять. И стоило такси высадить нас у обычной, панельной девятиэтажки в одном из спальных районов города, как я снова ощутила ЭТО. И называлось оно…
- Даже. Не. Думай, - раздельно, по слогам отчеканил Хованский, успев схватить меня за локоть до того, как я дала деру. Сжав пальцы сильнее, эта зараза наклонилась вперед и ласково так протянула. - Ты мне обещала, Чайка. И ты мне должна. Так что… Даже. Не. Думай…
- О белой обезьяне? - я нервно хихикнула, пытаясь найти в себе хоть какие-то отголоски былой храбрости.
Храбрость на контакт идти отказывалась. Ее, этой храбрости, вообще оказалось подозрительно мало, как только до меня дошло, что этот вечер я проведу наедине со своим Хомяком. Один на один. Не то, чтобы мы и раньше не оставались в таком составе где-нибудь в университете, или у меня дома, нет. Но, блин!
Я. Хомяк. Квартира. Вечер…
Ай, Белоярцева, ты о чем сейчас думаешь, а?!
Я даже ущипнула себя за запястье, пытаясь вернуть влюбленные мозги на место. Ну или хотя бы отвлечься от совершенно неуместных размышлений. И искренне понадеялась, что все эти ужимки прошли мимо внимательного взгляда Ильи.
- Теперь мне даже любопытно, - протянул этот гад, тут же убедив меня в том, что да. Он заметил! - О какой именно обезьяне ты думаешь? И как зовут этого потенциального смертника?
Вот вроде бы и голос звучал шутливо, с явными нотками ехидства. И улыбался Хованский привычно насмешливо и легко.
