- Ты, блин, Чайка, много чего не понимаешь… А еще врешь, бегаешь от меня вторую неделю подряд и не даешь мне, млять,ни единого шанса тебе помочь!
От удара кулаком по столу я подпрыгнула, чудом не заорав на весь обеденный зал кафе. И только и смогла, что недоуменно брякнуть:
- Я не бегала. Я “хвосты” подтягивала… И вообще. У меня это… Вроде все нормально. И блин! Не надо мне ни в чем помогать, я сама справлюсь! Вон, лучше б спросил, чем Градовой помочь!
- У нее Елизаров есть! Чтобы помочь, защитить и поддержать, - рявкнул вконец разозлившийся Илья. Он собирался добавить что-то еще, но глянув на меня передумал.
Только вздохнул тоскливо и устало протянул, поднимаясь из-за стола:
- Да уж… Влюбился блин, на свою голову. И видимо нахрен не сдался со своей любовью.
И прежде, чем я смогла сообразить, что ответить на такое внезапное признание, Хованский уже направился к выходу из кафе. Засунув руки в карманы куртки, он даже ни разу не оглянулся на меня, упрямо шагая к двери. А я…
Я моргнула. Раз, другой. Шмыгнула носом, недоуменно глядя на расплывающиеся перед глазами стол. И самое страшное, в голове не было ни одной дельной мысли о том, что делать и как поступить. Я же… Я же как лучше хотела.
Я же… Я же его спасала! Я же…
Сжав пальцы в кулаки, я зажмурилась и досчитала до трех и обратно. Ну и дура ты, Белоярцева! Дура, каких еще поискать! Он же прямым текстом сказал, что любит! Что хочет помочь, хочет, чтобы ты была с ним честно! А ты?!
- Илья! - подскочив с дивана, я рванула следом за своим Хомяком, локтями расталкивая попадавшихся на моем пути посетителей заведения. И даже не подумала затормозить перед выходом, вылетев на улицу и со всей дури врезавшись в стоящего у дверей человека.
Самого важного человека на всем белом свете. Так и оставшегося стоять рядом с кафе, несмотря ни на что. Беспокоившегося обо мне, терпевшего меня. Блин, Белоярцева, что тебе еще надо-то, а?
- Илюш… - обняв его за талию, я уткнулась носом в ткань его куртки. И пробубнила едва слышно, глотая внезапный ком, вставший от волнения в горле. - Я.. Ну дура я. Прости меня, а? Я просто… Испугалась я…
- Чего? - меня без труда выдернули из-за спины, тут же сжав в крепких, родных объятиях. Так, что я с трудом могла вздохнуть, не то, что попытаться сбежать.