Но визит должен быть неофициальным, поэтому вам отправят приглашение на званый вечер, который состоится в доме моего отца».
Отлично! Я мысленно потерла лапки. Значит встреча с герцогом Юрдисом все же случится. И это не могло не радовать. Если мне повезет, то очень скоро у меня появится еще один сторонник... Если же нет, то герцог Юрдис отправится вслед за герцогиней Бокрей. Я должна буду это сделать ради собственной безопасности.
— Ваша светлость, — в кабинет постучала горничная, — к вам поверенный господина Первого советника...
— Пусть зайдет, — кивнула я, убирая прочитанное письмо в ящик стола. Ответ напишу позже. Сейчас же никто не должен увидеть, что у меня есть тайный канал связи с внешним миром...
— Ваша светлость, — поверенный поклонился, войдя в кабинет, и без приглашения уселся в кресло рядом с моим столом. — Простите, что беспокою вас в час скорби. Мне очень жаль, что вам пришлось стать свидетелем безвременной кончины ее светлости. Но вам нужно подписать документы, что ее светлость приняла яд...
— Яд?! — нахмурилась я. Неужели ее отравили?! Но кто?!
— Да, яд, — кивнул поверенный. И пояснил, — она покончила с собой из-за любви к приказчику, которого его светлость уволил за недостойное поведение... Это распоряжение господина Первого Советника. Он не желает,чтобы истинная причина смерти его супруги стала достоянием общественности. Если Высокие роды узнают, что герцогиня была не в себе, то у ваших детей будут трудности с выбором пары.
Я кивнула. Теперь все было понятно. Третий советник думает вовсе не о брачных союзах. Нет, его мысли, как всегда направлены только на получение короны. Но ни один Высокий род не поддержит его притязания на трон, если будет известно, что у герцогини Бокрей было совсем худо с головой, ведь сумасшедший король на троне — бедствие для всей страны.
Жалость к новоиспеченному вдовцу пропала... Любовь?! Как бы не так. Власть для него дороже любви. Он даже готов обвинить свою жену в прелюбодеянии, лишь бы не потерять шанс примерить корону не на себя, так на сына или даже внука...
Подписывать этот документ мне не хотелось. Все мое существо противилось тому, что я должна была сделать. Я медленно подвинула к себе листки бумаги, на которых черным по белому было записано, что Третий советник, приехав в имение, застал жену с приказчиком, за что тот был с позором изгнан, а жена силой привезена в Ясноград. Тут она, не выдержав разлуки с возлюбленным, приняла яд... Прикусила губу... Резким движением достала перо и поставила подпись, подтверждая, что весь этот бред самая настоящая правда. Да, простит меня ее светлость... Не в первый раз, да и не в последний я вынуждена идти против своих желаний. Но именно сейчас это оказалось так пронзительно неправильно.