— Как мне дать вам знать о своем решении? — спросила я. Уверена, у баронессы есть способ связи, который поможет избежать лишних глаз.
— О! — улыбнулась она, — это очень просто. Скажите вашей горничной, что хотите на завтрак соленые огурцы.
— Соленые огурцы?! — не поняла я.
— Именно, — улыбнулась баронесса и подмигнула, — поверьте, через несколько мгновений, как ваша горничная покинет эту комнату, вся прислуга будет гудеть о том, что герцогиня беременна. А я услышав подобную новость, буду знать, что вы согласны принять мою помощь. Тогда моя девочка станет вашей горничной. Через нее вы сможете передавать сообщения. К тому же она прикроет вас в случае необходимости.
— Очень странный способ. Если пойдут сплетни, это ударит по моей репутации, — нахмурилась я, понимая, что баронесса права. Прислуга будет гудеть. И не только прислуга. Эту новость узнают в каждом доме Яснограда. Но как же ловко Ирла Шерши скрыла от меня своих людей!
— Не переживайте, вам эти сказки не повредят. Я обещаю, — подмигнула она мне. И поднялась. — На этом я вынуждена с вами проститься. Не провожайте, я найду дорогу сама. — Она усмехнулась и сделала шаг к камину. — Кстати, если вам вдруг приспичит тайно покинуть спальню, то нужно повернуть вот эту завитушку на северо-запад и как следует нажать на этот кирпич, — озвучила она свои действия. — Этот ход заканчивается в подвале, прямо в угольной яме.
А когда задняя стенка камина беззвучно развернулась, открывая черный провал тайного хода, помахала мне рукой и исчезла в темноте.
Соленые огурцы на завтрак я попросила на следующее же утро. Этому предшествовала длинная бессонная ночь. Я так и эдак крутила предложение баронессы Шерши, старательно пытаясь увидеть подвох, спрятанный за приятными словами. Но не находила. А вот сюрприз герцога Юрдиса, о котором она меня предупредила, вызывал беспокойство.
Но либо никакого второго дна у этого союза не было, либо у меня просто не хватало информации его увидеть. И хотя я всем сердцем хотела верить, что первый вариант верный, весь мой жизненный опыт говорил об обратном. Еще ни один человек, которого я встречала на своем пути, не был со мной искренен на все сто процентов. Да и я тоже мало кому открыла всю правду о себе.
Пару дней после того, как удивленная необычным заказом горничная покинула мои покои, было тихо. Я уже стала думать, что и я, и баронесса ошиблись в оценке прислуги в замке герцога Бокрея, и они оказались не так болтливы, как нам думалось.
А потом, на очередных вечерних посиделках в Нижнем городе, Жерен спросил чей это ребенок. Адрея или Гирема. И по его лицу было видно, что он расстроен тем, что я скрыла от него такую новость.
Утром с такими же претензиями меня встретил Третий советник.