Я, конечно, пока послушно изображаю из себя марионеточную королеву, решив дать себе время спокойно выносить ребенка и восстановиться поле родов, но не стоило Третьему советника настолько ограничивать мои связи с реальными людьми.
Завтра я потребую пропустить графа Шерреса. Мне не терпелось узнать, что именно он понимает под «наилучшим образом».
Устроить встречу с графом Шерресом оказалось довольно непросто. Я, несмотря на все мое недоверие к Третьему советника, даже не предполагала, что он настолько сильно ограничивает мои внешние связи. Я думала, что ко мне просто никто не приходит даже в те дни, когда по традиции двери тронного зала открыты для всех просителей. Ну, вернее для тех, кто может законно попасть в королевский замок. За два месяца правления я дважды сидела в пустом тронном зале, умирая от скуки. Кроме нескольких невзрачных «попрошаек», все претензии которых ограничивались явно абсурдными требованиями к государственным чиновникам, никто не пришел.
И, вообще, этот случай показал, под каким плотным колпаком меня держал Третий советник. Все служащие и вся обслуга в королевском замке, кроме моей верной Тайки, подчинялась именно ему.
Но тем не менее через несколько дней граф Шеррес был допущен в тронный зал. Здесь, как обычно терлось довольно много народу, поэтому обменявшись официальными приветствиями и поклонами, я затащила графа в небольшой кабинет рядом. Он как раз и был предназначен для того, чтобы можно было уединиться и поговорить с нужным человеком без свидетелей.
Третий советник недовольно пыхтел, но открыто запретить мне беседу с графом не решился.
Как только за нами закрылась дверь, я обернулась к довольно улыбающемуся графу Шерресу и попросила хриплым от волнения голосом:
— Рассказывайте. Как все прошло?
Граф тихо рассмеялся и зашептал:
— Все отлично, ваше величество...
— Димат, — перебила я его, — давайте без излишнего официоза, и как можно короче. Только самую суть. Нам не позволят прятаться здесь долго.
Он кивнул и зашептал:
— Все хорошо. Его императорское величество, конечно, был очень недоволен тем, что вместо настоящей дочери герцогини Форент приехала приемная. Но весть о том, что вы не собираетесь препятствовать этой свадьбе, его несколько смягчила. И он просил передать, что, во-первых, поздравляет вас с возвращением на трон королевства и надеется на дальнейшее плодотворное сотрудничество наших стран.