Ну, Тайка и Катрила знают.
Тайка и Катрила тут же закивала, подтверждая слова моей дочери. Я вздохнула... Ну, ладно. Шила, как говориться, в мешке не утаишь. Надо придумать, как легализовать происхождение Анни. Тем более, граф Шеррес на самом деле был хорошим человеком и великолепным отцом.
— Мой папа, — тем временем продолжала рассказывать Анни, — велел уложить вас на диваны в гостиной и позвать Южина. Вы с Катрилой были как мертвый, мам. Я тогда так испугалась. А у Тайки все болело. Она даже ходить не могла.
Тень вчерашних страхов мелькнула в ее глазах и исчезла. Я снова вздохнула. Да, дети вчера натерпелись. Хорошо, что Южин помог убрать последствия. Я была уверена, то это он. Больше же некому.
— А когда пришел Южин, он сказал, что Катрила спит, ты очень сильно устала, и его помощь нужна только Тайке. Он ее вылечил, мам. А папа расспрашивал прислугу о том, то случилось там, внизу. И слуги сказали, что ты спасла Катрилу и была всехней мамой. Они правда так говорили, мам. Я не вру!
— Я верю, — кивнула, — но все же, Анни, так говорить неправильно. И вместо этого неправильно слово лучше использовать правильное: общей мамой, мамой для всех...
— Нет, — упрямо замотала головой моя дочь, — это другое. А ты была всехней. Уж я-то знаю. — Уверенно закончила она и отцепилась от меня. — Мам, можно мы пойдем поиграем в саду?
Я кивнула. Почему бы и нет. Пусть идут:
— Только с няней, Анни. Одни из комнат ни ногой.
Еще не хватало, чтоб вчерашний случай повторился. Анни кивнула и через несколько минут девчонки, в сопровождении тетушка Верики отправились играть в сад. Тетушку Верику приставил к Анни барон Пирр сразу после того, как по моей просьбе прогнал Таниту, и добрая женщина мгновенно завоевала и мое расположение, и любовь моей дочери.
А я вспомнила про старую няньку, из-за которой вчера все случилось. Нахмурилась. Я даже не проконтролировала, чтобы ее наказали. Сомневаюсь, что граф Шеррес отпустил ее просто так, но мне хотелось самой вынести ей приговор, ведь она причина боль члену моей семьи.
— Тайка, — спросила я у горничной, которая с улыбкой смотрела вслед девчонкам, — а куда господни граф отправил вчера Таниту? Это же из-за нее все случилось.
— Так померла она, — улыбнулась Тайка и взглянула на меня, — ваша светлость, вы ее прибрали. Вместе с теми троими, которые в погребе были.
Я нахмурилась еще больше. Я никак не мгла вспомнить, что же случилось там, во тьме. И хотя с одной стороны точно знала, что смерть трех мерзавцев моих рук дело, с другой совсем не хотела это принимать. Ну, как бы я одна, голыми руками смогла бы убить трех молодых и сильных мужиков? Да еще и старуху, которая в это время была, вообще, в другом месте. Это просто невозможно.
Но, судя по всему, от слухов мне уже не избавиться.