Автор
Жанр
Главный герой этой книги — инфантилен и эмоционален, не может контролировать свои действия и мысли. Он рохля, но решает сам улучшить жизнь. Эта история оставит вас веждами на краю седла между признанием проблем и надеясь на лучшее будущее.
Моей задачей было заставить его выдохнуться в своих попытках запугивания, а потом пойти в контрнаступление, тем более он уже сам показал, чего боится, и я ударил в ответ, пригрозив рапортом. Если я правильно составил свое мнение о прапорщике, то он рано или поздно начнет торговлю, чтобы его не выдали, ведь в результате моего рапорта, он точно будет с позором уволен с воинской службы, и близкая пенсия, от которой он в одном шаге, сделает ему ручкой. А если я, все-таки, ошибся, то придется…, нет, не буду пока об этом думать.
— Какой рапорт?! Ты что несешь?! — Михайлов снова сорвался на крик, — совсем оборзели, взял в руки винтовку, и страх потерял?! Да ты у меня под трибунал пойдешь, за сломанную ногу, понял?! Ай! — он снова дернулся всем телом от боли.
— Понял, согласен. — покивал я головой, — ты не дергайся, больно же будет, и не кричи так, отвлекаешь от составления докладной на тебя, — я сделал вид, что набираю текст в своем инфопланшете, — скажи лучше, куда БТРы уехали, они же кабель увезли? Куда? Когда вернутся за оставшимся?"
"— Не скажу я тебе ничего.
Не получается его разговорить, что я не так делаю? Дать обезболивающее? Хм, тогда он точно ничего не расскажет, если рапорт — это мой рычаг давления на него, то лекарства — это то, что ему необходимо, предмет торга. Но почему он требует, а не предлагает. Вот я идиот! — Захотелось хлопнуть себя по лбу. — Рядом же унтера лежат и все слушают, он при них точно не выдаст информацию, и будет храбриться до конца.
Я огляделся и увидел Гусарова, который неподалеку доедал палку колбасы, и с интересом следил за нашим разговором.
— Капрал, — обратился я к нему. — Господин прапорщик прав, надо оказать медицинскую помощь.
Миша в ответ кивнул, запихал в рот остатки колбасы, и подошел к нам, на ходу вытирая руки о свой доспех, и доставая из «кармана» ЛПДМ небольшой шприц-тюбик.
— Шейшас уколшик шделам. — произнес он с набитым ртом, — и шо бужет хоошо.
— Погоди, начни сначала с рядового состава, — остановил я его, когда он жирными пальцами зачем-то провел по игле, и вознамерился уколоть в возмущении хватавшего ртом воздух обер-офицера. Как будто специально решил развести антисанитарию, что бы поиздеваться над допрашиваемым. — У них, скорее всего, сотрясение мозга, проведи осмотр, дай какое-нибудь лекарство.
— Так точно.
