Автор
В эти четыре часа пополудни вы буквально чувствуете себя выжатым апельсином — все энергия и хлопоты дня уже ушли в могилу. Однако есть надежда: модуль терморегуляции вашего нового компенсирующего костюма спасает вас от переохлаждения. Вопрос только в том, зачем вам такая роскошь, когда вы — Гардемарин ЛДПМ? Этот таинственный и загадочный роман по-прежнему держит вас в напряжении, несмотря на мокрый выход из очередной бригады работ....
— Пруха, а залезь ка ты ещё раз туда, да достань нам мох из дупла. — задумчиво протянул я. — На комок его пришьем, глядишь, нас местная живность и не тронет. Точно, лишним не будет!
— О, тут как раз пара тушек каких-то лежит задушенных. — поделился с нами Прохор, взлетев по веткам наверх. — А яиц уже нет, только крошки от них остались.
* * *То ли местные хищники человека опасались, что вряд ли, скорее джумамба нам помогла, но мы уже к следующему утру добрались до дорожной насыпи. Весь вчерашний день и часть ночи мы, похожие на замшелых чудовищ, пробирались по джунглям.
Где-то в полночь, убедившись, что вблизи нет никого опасного, спокойно поужинали, и заночевали прямо на земле, среди мощных, выпирающих из почвы корней местного гигантского дерева. Проснувшись же до рассвета, всего через несколько часов мы, таясь и осторожничая, вышли к пункту назначения.
Дорога была пуста, даже дронов в небе не было (я их вообще не видел у противника).
— Будем минировать, командир? — поинтересовался у меня Феймахер.
— Нет. — осматриваясь отвечал я.
— Хорошо, а то нечем. — обрадовался Хирш. И зачем тогда спрашивал?
— Что там в эфире, Риф?
— В основном тихо, — доложил Чюватов, — иногда сообщают, что работы по восстановлению продвигаются, но мало рабочих рук. Только что с их базы потребовали ускориться, на что просили ещё местных прислать, а им отвечают, что больше нет.
— Это плохо, что у них жители общины есть. — прокомментировал Гвоздь его сообщение. — Пленные или предатели?
— А вот дойдём, и узнаем. Уходим. — дал я команду, скрываясь в зарослях."
"Уже через несколько часов, весь наш отряд остановился метрах в семистах от нужного нам участка дороги, на холме, где заканчивались деревья гиганты, и начиналось понижение растительности. Мы с Гвоздёвым, Бекетовым и Гусаровым стали обновлять на лицах термозащитный грим.
— Хорошо лёг, — подтвердил Пруха, когда я вопросительно глянул на него. — Обнаружить не могу.
Это он про нашу видимость через тепловизор.
— Всё-таки круто вы выглядите. — умилился нашему виду Феймахер. — Как в кино.
— Жаль, лука нет, и стрел с взрывчаткой. — улыбнулся я.
— Зачем? — удивился Хирш.
— Что бы совсем крутыми быть!
Мы втроем забрались на дерево, и, сливаясь с его стволом, заняли позицию почти на самой вершине, на высоте двадцати пяти метров.
