Автор
Старушка-молодушка и новогоднее чудо — история женщины, которая внезапно получает вторую молодость благодаря одному мгновенному событию. Виртуозный мастер слов Анна Жнец раскрывает сюжет в изысканных описаниях атмосферы новогоднего праздника и глубокого душевного разряда главной героини, которая осмысливает смысл жизни после неожиданного перелома....
— Уже поздно, пора спать.
— Но мне так противно от себя. Так тошно.
— Да не думайте вы о прошлом. Хотите стать настоящим мужчиной — станьте!
С трудом я отцепила от себя руки мистера Олифа и направилась дальше по коридору к своей спальне.
Там я переоделась в ночную сорочку и опустилась на кровать, рассеянно наблюдая за движением веток за окном.
Гладкое красивое лицо без единого ожога и рубца — вот что я увидела, заглянув под маску Реймона Марцелла. Чистую кожу без изъянов. Прямой аристократичный нос, чувственные губы, мужественный подбородок с небольшой ямочкой.
Зачем граф годами завешивал лицо тряпкой, если скрывать ему было нечего?
Мучаясь новыми вопросами, я легла спать, а проснулась в комнате, полной дыма, кашляя до рвоты и задыхаясь от запаха гари.
Глава 13. Самоотверженность и любовь
Сквозь сон я почувствовала, что меня трясут за плечо.
— Просыпайтесь, Мэри, просыпайтесь, пожалуйста, — темноту моего сознания разрывал истеричный женский крик.
Люсиль?
— Умоляю. Нет времени. Мы сейчас сгорим.
Пожар?
Я вынырнула из черной ямы забытья и обнаружила себя в дымном аду. В первую секунду мне почудилось, будто я смотрю на бледный лик луны, окутанный туманом. Луной оказалось лицо склонившейся надо мной Люсиль. Вокруг нее колыхался дым. В этом сером мареве почти ничего нельзя было разглядеть, словно замок целиком погрузился под мутную воду.
— Идемте! Скорее! Надо выбираться наружу! — и Люсиль рванула прочь из комнаты.
Ее фигура, облаченная в белую сорочку до пят, растворилась в сизой пелене.
Огонь.
Пожар.
Смерть.
Надо торопиться.
С тяжелой головой я поднялась на ноги и тут же согнулась пополам от приступа кашля. Ноздри забила смолистая вонь. Вдруг я обнаружила, что не могу дышать, задыхаюсь. За каждый вздох приходилось бороться, силой заталкивая воздух в легкие.
Вода. Нужна вода. Где-то здесь был графин с водой. Перед сном я оставила его на прикроватной тумбе, если ночью захочу пить.
Вот он.
Нащупав в темноте стеклянную бутылку, я вывернула ее содержимое на носовой платок и прижала мокрую ткань к лицу. Сырая тряпка облепила нос и щеки, подарив секундное облечение.
Вот так. Вдох, выдох. Вдох, выдох. Опустившись на четвереньки и удерживая платок у лица, я поползла к выходу.
Страх и паника еще не пришли.
