Ночевать решили в этой же пещере, где еще недавно мир чист и спокойный. Кира заварила чай, хоть он не лез в горло — выпил его через силу. Но стоило лишь позволить мыслям блуждать, как труп снова прорывался в голову. Я даже не мог сосредоточиться на простых задачах: разжечь огонь или поискать пищу. В конце концов я закрыл глаза и попытался сосредоточиться на воспоминании об увиденном, но мрачные мысли только сгущались....
Похоже, «Старый, но крепкий 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вряд ли мы вырвемся из тюрьмы вчетвером, но, если забрать у стражника ключи, можно освободить великана. Громила выглядит самой большой загадкой. Его массивные руки закованы в железо, но, если нам удастся его освободить, возможно, он присоединится к нам, и мы сможем вырваться отсюда впятером. А если ударить заклинанием по стражам, вырвемся точно.
Но стражники — не купец с охранником, они мне точно ничего плохого не сделали. Они просто выполняют свою работу. Однако, если я останусь здесь, меня повесят на площади, устроив из этого целое представление.
Эта мысль била по сознанию, как молот, и каждый новый удар заставлял меня шевелить мозгами. Я не могу просто сидеть и ждать своей участи, не могу успокоиться и считать часы до казни.
Я поднял взгляд на сокамерников. Шрамированный сидел напротив, лениво ковыряя грязным ногтем в зубах. Лысый старик развалился на лавке в углу, прикрыв глаза. Худощавый расхаживал взад-вперёд, время от времени бросая на меня хмурые взгляды.
Я глубоко вдохнул и начал:
— Как я понимаю, со дня на день меня заберут на виселицу.
Шрамированный прищурился, но ничего не сказал. Лысый хмыкнул, не открывая глаз.
— И? — спросил третий.
— А что насчёт вас? Просто я думаю, что тюрьма — последнее место, где хочется провести оставшиеся годы. Особенно если у кого-то из вас срок в десяток лет или смертная казнь.
— Ты что-то хочешь нам предложить, парень? — наконец спросил худощавый, остановившись и повернувшись ко мне. Его щека дёрнулась, а уголок рта изогнулся в странной усмешке.
— Я думаю, что мы могли бы выбраться отсюда, — сказал я, стараясь говорить спокойно и уверенно. — Вместе. Мы можем объединиться.
— Погоди, пацан, — усмехнулся исполосованный, подняв руку. Его голос прозвучал резко, как удар хлыста. — Не нужно таких разговоров.
Я замолчал и посмотрел на него с удивлением.
— Что? Почему? Вы что, собираетесь просто сидеть здесь годами? — спросил я, чувствуя, как внутри начинает закипать раздражение.
Шрамированный вновь усмехнулся и покачал головой.
— Я послезавтра выйду, — сказал он спокойно. — Морду товарищу в таверне разбил. Не смотри на мои шрамы — это я спьяну в окно головой воткнулся. Дурацкая история.
Я моргнул, не зная, что ответить. Послезавтра? Он серьёзно?
— А эти двое? — спросил я, кивнув на старика и худощавого.
— Лысый тут за то, что украл пару куриц у соседа. Ему через неделю домой идти и зарабатывать на возмещение краденного.
