Ночевать решили в этой же пещере, где еще недавно мир чист и спокойный. Кира заварила чай, хоть он не лез в горло — выпил его через силу. Но стоило лишь позволить мыслям блуждать, как труп снова прорывался в голову. Я даже не мог сосредоточиться на простых задачах: разжечь огонь или поискать пищу. В конце концов я закрыл глаза и попытался сосредоточиться на воспоминании об увиденном, но мрачные мысли только сгущались....
Похоже, «Старый, но крепкий 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Но если вмешиваться слишком грубо, если пытаться заставить их работать против их природы, результат будет жалким. Как, в принципе, у меня и выходило. При первых опытах я буквально выдавливал энергию из травок. Да, это работало, но работало плохо. Энергия утекала, размывалась, терялась. В итоге в готовом продукте оставалась лишь крохотная часть того, что могло бы остаться, обращайся я с зельем правильно.
Доставшиеся от Барта знания говорили мне, что алхимия — это искусство гармонии. Нужно дать травам раскрыться самостоятельно, позволить их энергиям соединиться естественным образом.
Но даже с этим знанием я не уверен в успехе. Может быть, я все еще делаю что-то неправильно. Может, мои действия все еще грубы и топорны по сравнению с мастерами, которые постигли алхимию в совершенстве. Но у меня есть время учиться. Жаль, что кроме времени у меня больше ничего и нет: ни наставников, ни рецептов, ни хорошей лаборатории, ни даже нормальной посуды или алхимической печи.
— Чего-то ты раскис, — пробормотал я. — Так… Что тут у меня?
Осматриваю вновь разложенные на столе травы. Ромашка, мята, тысячелистник, зверобой. Каждый листик, каждый лепесток наполнены энергией.
Еще неделю назад я бы глупо пялился на лежащие перед собой травы, видя лишь то, что видит обычный обыватель.
Итак, начнем с ромашки. Не знаю, почему, но чувствую, что так будет правильно. Похоже, меня ведет импровизация.
Срываю несколько лепестков и бросаю их в кружку, стоящую на столе. Осматриваю стол. Ступки с пестиком у меня нет, но есть деревянная толкушка, грубая и простая.
Беру толкушку в руки и начал толочь лепестки прямо в кружке.
Лепестки превращаются в кашицу, влажную и липкую. Добавляю кусочки стеблей — те части, где энергия чувствуется особенно сильно. Стебли жесткие, измельчаются неохотно, но за пять минут кое-как справился.
Потом беру соцветия ромашки, ломаю их пальцами и добавляю в кашицу. Толкушка снова заскрипела по стенкам кружки.
