Автор
Четыре года назад... Глеб ставит на стол чашку кофе. Сегодня третья. Он решил не соблюдать рекомендации — глаза уже слипаются. Вчера вечером мы прилетели из Испании: Рита поехала отдохнуть, а он остался работать. Глеб чувствует себя независимым вдали от дома и семьи.
Уже хочется закрыться дома и просто наслаждаться спокойствием. Ненадолго, разумеется. Пройдет чуть больше двух месяцев, и нужно будет возвращаться на трек. Впрочем, за это время он соскучится по скорости, по рулю болида, по своей команде, даже противный и мерзкий механик, который постоянно учит его и комментирует, будет желанным человеком для короткого объятия.
К трибунам сейчас не пройти, слишком много народа на пути, целая толпа. Да и журналисты, и фанаты, Глеб не может рисковать.
– Эй, надо пройти на интервью, – пиарщик подкрадывается незаметно. В ухе привычный наушник, а у рта микрофон. Кто-то где-то постоянно с кем-то переговаривается.
Глеб идет вслед за ним. Быстро, не теряя ни секунды. В гонках вообще нельзя терять секунды. Здесь даже при подсчете любого маневра есть микросекунды.
Толпа журналистов осталась стоять за металлическим ограждением, У каждого по микрофону с логотипом канала и много камер и вспышек. К такой английской речи Глеб уже привык, начал ее понимать. Акценты слишком заметны.
Он стоит на фоне логотипа своей команды – красное полотно с желтым щитом и лошадью в центре.
Вопросы про соревнования, про попытки обгона, даже про аварию на позапрошлом Гран-при. Глеб столкнулся с пилотом-соперником. Но все обошлось. На секунду он снова перенесся в тот день, что случился четырнадцать лет назад. Но это было лишь мгновение, а потом взял себя в руки, потому что это всего лишь воспоминание. И авария, в которой он не виноват.
– Глеб, какие у вас планы на следующий сезон?
– Ну, если моя команда от меня не избавится, то останусь в “Феррари”. Планов уходить у меня нет.
– А вы не чувствуете, что на пятки Вам наступают более молодые пилоты. Тот же Дуэн?
– Ну вы можете представить Формулу-1 без Навицкого? – среди журналистов послышались смешки, – вот и я нет, – Глеб дарит им свою обезоруживающую улыбку, пусть не думают, что его так просто сбить с толку.
