Автор
Четыре года назад... Глеб ставит на стол чашку кофе. Сегодня третья. Он решил не соблюдать рекомендации — глаза уже слипаются. Вчера вечером мы прилетели из Испании: Рита поехала отдохнуть, а он остался работать. Глеб чувствует себя независимым вдали от дома и семьи.
Кстати, моя идея с шоколадом еще в силе.
– Ты… придурок, Навицкий! Самый настоящий придурок! – Мила вырывает свою руку, которую я держал в своей. Она согрелась от тепла моей ладони. И выпускать ее мне не хотелось.
Апраксина быстро пошла в сторону выхода, стуча каблуками, забивая гвозди в моей голове. Боль вернулась, словно и не проходила. Давит, вколачивается, расщепляет на две составляющие.
Иду следом, потирая виски в надежде, что это утихомирит боль. Мила обхватила себя руками. Тростинка с отменной задницей.
– Да стой ты, Апраксина!
– Что тебе?
Очки опустила на глаза. Что теперь плещется там, не могу знать. Хочется поднять их, взглянуть в ее темноту.
– Ты же хочешь узнать у меня что-то? Спросить? Сознайся уже, Мила!
– Хочу. – Смотрит в сторону, словно ищет поддержки у кого-то.
– Соглашайся. Будет интересно. Две недели? Или три месяца?
– Пять.
– Что пять?
– Пять вопросов.
Она подходит ближе. Теперь чувствую шоколад. Он приглушен и смазан дурацкими духами.
– Идет. Пять вопросов. Две недели.
Она наконец подняла свои очки. Ее глаза покрылись прозрачной пеленой из слез, что вот-вот – и начнут литься. Ненавижу женские слезы. Это слабость, которой они умело пользуются. Но почему-то сейчас чувствую свою вину.
– Ненавижу тебя, Глеб Навицкий!
Отходит к своей машине быстро. Заводит двигатель и резко стартует с места.
Глава 10
Глеб.
Я еще как дебил стоял на крыльце ЗАГСа и пялился туда, где несколько минут назад была ее машина. Если присмотреться, то можно увидеть следы от покрышек. А раньше они ее пугали.
Медленно подхожу к своему Поршу, сажусь. Прикрываю глаза. Головная боль не отступает, а накатывает с новой силой. Мне будто дали небольшую передышку, чтобы я смог побыть с Милой. И снова она – сильная боль, когда невозможно даже посмотреть в сторону.
Я снова в той машине, а впереди синий Ягуар и ярко-рыжая МакЛарен.
"Я открываю глаза и всматриваюсь вдаль. Считаю до десяти. Мила как-то говорила про этот счет. Как ни странно, но помогает.
