Стоило нам оказаться в длинной комнате, заставленной металлическими кушетками, как нам навстречу вышла полноватая женщина.
– О, господин Райт, какими судьбами? Неужели вам так вчера понравилось в моей скромной обители?
Меня она наградила мимолетным взглядом, в котором не было ничего, кроме любопытства. Хорошо хоть, что не ненависть и пренебрежение."
"– Я не один, госпожа Мерисса, – спокойно отозвался Винсент и выдвинул меня вперед. – Познакомьтесь, это Аделия Лоусон, целительница, выпускница Королевской Академии.
Мне и слова вставить не дали.
– Наслышана о вас, – ничуть не удивилась женщина. – Но вы так и не ответили на вопрос: зачем вы здесь?
– Потому что я хочу, чтобы она осмотрела тело погибшей девушки, – Лестер вышел из-за наших спин и коротко поклонился госпоже Мериссе в знак приветствия. А вот ему, судя по искривившимся губам, она была вовсе не рада.
– Разрешение? – холодно уточнила женщина, сразу же растеряв мнимое обаяние.
– Пожалуйста, – Хайд протянул сложенный вдвое лист.
Когда он успел его подписать, я так и не поняла. Впрочем, он мог уже с ним прийти в дом к Райтам, а значит, даже не сомневался, что я дам свое согласие.
Мерисса поджала губы, читая разрешение, а потом перевела взгляд на меня:
– Пойдемте, я выдам вам халат и перчатки.
Пальто пришлось снять, от чего прохлада, которая поддерживалась при помощи мощных артефактов, тут же коснулась кожи.
– Это с непривычки, сейчас станет легче, – попыталась успокоить меня женщина, пока я трясущимися руками натягивала халат.
– Я знаю, – улыбнулась в знак благодарности.
Помнится, один из преподавателей устроил нам целую лекцию о работе холодильных артефактов. Они устроены столь причудливым образом, что воздействуют только на неподвижные трупы. Тем же, кто прислуживает в морге, при постоянном движении, не грозит смерть от переохлаждения. Да и любая простуда – тоже.
– Пойдемте, – когда я справилась с одеждой и перчатками, Мерисса подвела меня к одному из столов и рывком сорвала с тела серую простынь.
Я не успела подготовиться. Не успела понять, что вот сейчас, в данную минуту, я увижу ее – девушку, которая не упускала ни одной возможности, чтобы уколоть меня. Девушку, которая должна была жить, но почему-то лежит здесь, в этой обители смерти.
Лицо, словно застывшая маска – бескровные губы, посиневшие веки, восковая кожа. Белые волосы, как сухая трава.
– Все хорошо? – наверное, я так стояла слишком долго, потому что очнулась лишь от мягкого голоса Винсента.
– Д-да, – выдавила хриплым голосом, и с трудом отвела взгляд от тела девушки.