Автор
Аделия вынуждена отказаться от мечты о карьере целительницы и уехать преподавать в провинциальную Северную Академию. Там, вдали от столицы, она неожиданно находит верных друзей и новый смысл жизни, который переворачивает её представление о справедливости и собственном предназначении.
На последнем слове он сделал особый акцент, и мне почудилось, будто, по его мнению, статус невесты это что-то гадкое и аморальное. Ну, или кандидатка на эту роль ему слишком противна? Но чем я так плоха? И когда успела ему насолить?
Впрочем, никакую из мыслей озвучить я не успела, потому что в беседу вступил Райт-старший:"
"– Винсент, мне кажется, тебе нужно прислушаться к Лестеру.
– Я уже все сказал! – не повышая голоса, произнес Винс, и я не выдержала:
– Может быть, для начала, кто-нибудь объяснит мне, что происходит?
Недомолвки, выразительные переглядывания и не менее выразительное молчание – все это было слишком.
– Аделия... – Винс повернулся ко мне, пытаясь изобразить расслабленную улыбку, но его речь прервал следователь.
– Я бы хотел предложить вам осмотреть труп погибшей девушки и сделать свое заключение.
И если первый вопрос от Лестера ввел меня в ступор, то второй попросту шокировал.
Тишина, что опустилась на гостиную, была поистине зловещей. Я перевела растерянный взгляд на Винсента, но он в это время сидел с закрытыми глазами, явно пытаясь успокоиться. Тогда я посмотрела на Леона, пытаясь найти ответ хотя бы у Райта-старшего. С Лестером я старалась не встречаться взглядом... Почему? Сама затрудняюсь ответить на этот вопрос, ведь проще всего было бы разговаривать об этом именно с ним.
Отец Винсента не оставил меня в беде и пояснил:
– Наши целители не имеют достаточной практики, а случай с Микой, действительно, исключительный. Мы с Лестером считаем, что тебе необходимо осмотреть ее... – тут он запнулся, и все же продолжил: – труп.
Следователь, тем временем, громко, слишком выразительно хмыкнул, но промолчал.
– А я считаю, – вклинился Винсент, – что ей это ни к чему...
Договорить он не успел, я опустила руку на его сжатую в кулак ладонь и заставила посмотреть на меня. Несколько мгновений, и он отступает – выдыхает шумно, сквозь стиснутые зубы, и едва заметно кивает.
После короткой заминки я оборачиваюсь и на этот раз обращаюсь к господину Хайду, не обращая внимания на собственный страх и робость.
– И осмотр, и заключение сделать в моих силах, но, если вы забыли, у стражей я числюсь как подозреваемая. Думается, что мне попросту не позволят даже приблизиться к телу погибшей.
Я намеренно опустила имя студентки, эти безликие слова – труп, тело, погибшая, – давали мнимое равнодушие, словно мы разговариваем о человеке, которого я никогда не знала.
