— Могут подумать, что прячешь там что-то ценное… Ну и типа клановый, начнут задирать или там попробуют ограбить, продать за выкуп. Дураков хватает.
Теперь понятно, почему Грэй открыто не носил кольцо-криптор. Чтобы не возбуждать завистливые взгляды, оно выдает принадлежность к некому сообществу, стоящему выше, чем простые люди. Хм…
— Тара, а что такое кланы? Где они живут? — спросил я.
— Э… да везде. В основном в Семи Городах. Кланы, ну, типа ведут свой род от Инкарнаторов. Они же из разных стран были, многие основывали и защищали поселения. Разбрелись по свету… Их дети, потомки, как бы имеют способности, врожденные, как это… ге-не-ти-че-ски! — с трудом выговорила Тара. — Ну, короче, из некоторых выходят воины, заклинатели, техноманты. Таких, способных, отправляют в Город, в Тимус, там обучают всякому, потом зачисляют в Легион….
— То есть я, по-твоему, один из таких?
— Ну конечно, кто же еще! — кивнула Тара. — Ладно, хватит болтовни. У тебя какое оружие есть?
— Только нож. Был игольник, но я его потерял в А-Зоне.
— М-да. Плохо! — поджала губы девушка. — У меня тоже негусто. В технополисе можно нарваться, да и по дороге встречается… всякое.
По словам Тары, она собиралась поживиться на окраине технополиса: огромного города-улья с сотнями жилых и общественных ярусов, которые начали строиться в конце эпохи Утопии.
«Оса», как оказалось, могла развивать высокую скорость. Мы неслись как безумные, сначала по полям и сопкам, потом в лесу, лавируя между деревьями, затем по каким-то промышленным руинам. Тара знала дорогу, и по ее словам, выбрала наиболее безопасный маршрут. Разглядеть подробности в зеленом мелькании вокруг было нереально. Дважды за нами пытались увязаться какие-то твари, но угнаться за ховербайком сложно, и они быстро отстали. Один раз Тара сделала широкий крюк, огибая группу оранжево-синих рогатых исполинов, подобных тем, что я видел кормящимися на опушке леса.
Вскоре на горизонте показалась цель. Технополис. Огромный муравейник, построенный в самом конце Утопии, мегаполис с десятками подземных и надземных ярусов, мегаскребов и обвивающей их паутины виадуков и хайвеев. Когда-то в подобных городах жили десятки миллионов, сейчас он представлял собой печальное зрелище.
Заброшенный город-улей зиял мрачными пропастями нижних жилых уровней и недосягаемыми вершинами обглоданных стоэтажек. Рукотворные урбанистические пространства, разрушенные тектоническими толчками и временем, превратились в опасный многоярусный лабиринт.