Автор
Юпитера с землями, но татуировка на спине всё равно продолжала нежиться, будто проклятие. Я снова встречался с неизвестными лицами — от старшего патруля Легиона до жестокого охранника в полном центурионе. Очнувшись в А-Зоне, я снова начал свою череду – это подземные коммуникации, встречи с Тарой и задание в Энджело. Всё это время я стремился установить связь с Юпитером......
Инкарнатор.
Степень сохранности тела – 83%
Источник – тип энергии ???
Обнаружены неизвестные азурические и генетические модификации!
???
А-энергия исходила именно от него, вернее – от зажатого в правой руке трупа вытянутого кристалла-осколка, наполненного внутренним азур-свечением. Неяркий, дрожащий голубой светоч бросал странные вытянутые тени на стены и пол Башни.
Мико:Кажется, мы нашли мертвый носитель Ворона.
Я сделал несколько шагов вперед. И тут же, одновременно с предостерегающим выкриком Мико увидел, как тени вдруг шевельнулись, а мое пси-поле, как метеор, пронзил сигнал чужого разума, внезапно низринувшегося из-за пределов восприятия.
Инкарнация! Ворон – а это был именно он, запустил воскрешение. Я снова стал свидетелем странного чуда, когда мертвая плоть в неяркой азур-вспышке становится живой и неуловимо обретает прежний вид, как будто тлена и смерти не существует. И вновь где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что сама процедура инкарнации абсолютно не похожа на биологическое восстановление организма, пусть и с помощью Азур, а имеет совершенно иной принцип.
Мертвец поднялся мне навстречу, расправляя пугающие черные крылья и словно с хрустом потягиваясь. Синий ореол на мгновение окантовал его силуэт, выдавая безошибочный ответ: Белый Ворон, Инкарнатор Стеллара, совпадение с данными Архива – 100%...
Он действительно перестал быть человеком. И Белым – уж точно. Сколько эволюций нужно пройти, чтобы добиться такого результата?
Тело, подобно плащу, окутывало темное марево, оставляющее за силуэтом хорошо различимый туманный след.
Это был не бионический Доспех, не кидо или хайвер, а его собственное измененное тело. За спиной виднелись острые клинки крыльев, а правая рука казалась увенчанной блестящими, серебряными когтями.
— Любопытно, — донесся до меня полушепот-полувздох, — Я долго… ждал этой минуты. Я думал… она никогда не наступит.
