Автор
Юпитера с землями, но татуировка на спине всё равно продолжала нежиться, будто проклятие. Я снова встречался с неизвестными лицами — от старшего патруля Легиона до жестокого охранника в полном центурионе. Очнувшись в А-Зоне, я снова начал свою череду – это подземные коммуникации, встречи с Тарой и задание в Энджело. Всё это время я стремился установить связь с Юпитером......
Небольшой дымок окутал черный силуэт Ворона, и Инк-охотник снова шипяще рассмеялся.
— Детская щекотка. Так… регенерация, непроницаемость, суперзрение, дар внушения… И все? С тебя даже взять нечего. Как ты собирался победить меня? Кто тебя вообще выпустил на Полигон? Даже новобранцы Первого Легиона сражались лучше.
— Не пачкай имя Первого Легиона, — выдохнул я. Отчаяние накрывало одновременно с параличом. Ворон играючи расправился со мной, и также легко определил состав моих Геномов. Сколько же эволюций он прошел, и каким набором геномодов обладает сам?
Волна возмущения и ярости дала понять, что я попал в точку.
— Первый Легион… да что ты знаешь о нем? А я и там был одним из лучших. Я помню, как они уходили… твои легендарные герои, окутанные золотым сиянием славы. А затем вернулись… совсем другими. Трусы, дерьмо, предатели! Один удар – и миллион погибших!
Он склонился и прошипел мне прямо в лицо:
— А ты ходил по развалинам, где от людей остались только выжженные тени? Звал их по именам? Я стал таким, чтобы наказать предателей.
— Потому что ты стал чудовищем, хуже Одержимых, — ответил я, с трудом преодолевая паралич. Губы шевелились все медленнее, боли уже не было, накатывало холодное бессилие, — Ворон, я повторяю… Отсюда ты выйдешь только в моем анимариуме.
— Посмотрим еще, — ухмыльнулся противник, — Мы же только начали, верно?
Он вдруг повернул голову, словно прислушиваясь к звукам, долетавшим снаружи. Затем медленно, почти нараспев, произнес:
— Боже мой, я не верю своим ушам. Сколько гостей сегодня! Кажется, тебя пришли спасать. Это… просто прекрасно! Подождешь меня тут, хорошо? Мы еще не поговорили толком.
Я успел заметить хищную ухмылку на его морде, прежде чем Ворон исчез, оставив меня умирать.
***
— Это совершенно незнакомый Инк, и ради него ты вскрываешь Полигон? Зачем, объясни?
— Затем, что так надо. Вы мне уже не доверяете?
Гелиос и Часовой недоуменно переглянулись.
— Корвин, я доверяю твоему чутью, — чеканя слова, сказала Гелиос, — Но сейчас не вижу никакого разумного объяснения. Что происходит?
— Происходит… то, что должно произойти, — Корвин позволил себе усмехнуться. – Грэй уже в Башне. Надеюсь, у него получится.
