Автор
Юпитера с землями, но татуировка на спине всё равно продолжала нежиться, будто проклятие. Я снова встречался с неизвестными лицами — от старшего патруля Легиона до жестокого охранника в полном центурионе. Очнувшись в А-Зоне, я снова начал свою череду – это подземные коммуникации, встречи с Тарой и задание в Энджело. Всё это время я стремился установить связь с Юпитером......
Да и Ворон во время первой схватки не дал мне возможности воспользоваться амплификатором, без которого я вряд ли сумел бы пробить его защиту.
Ментальный удар, который я нанес Ворону, в реальном мире мог расколоть гору или вскипятить озеро. Копье, клинок мощи ударил в его сознание, ломая непроницаемую броню – и на мгновение мне показалось, что противник ошеломлен – как был ошеломлен я, когда Немезида атаковала в зале Полигона. Она, сама того не зная, продемонстрировала оглушающую мощь пси-воздействия – и я хорошо усвоил тот урок.
Другого такого момента могло не представиться. Я понимал, что надолго меня не хватит – и чувствовал, что Ворон через несколько секунд оправится от шока. Оружия, способного пробить его защиту, у меня не было – да и не знал я, каким вообще способом можно победить прокачанного до такой степени Инкарнатора. И поэтому сделал единственное, что мог. Единственное, что от меня не ожидал Ворон.
Помог проигравшим Инкам. За счет пси-поля, многократно усиленного амплификатором, я ощущал их, пострадавших, но недобитых до конца.
Мне не составило большого труда помочь всем, раскинув неосязаемые ментальные руки. Связать порванные нити, восстановить хрупкий энергоинформационный анимы и носителя. Я и сам удивился, как просто это вышло – вернуть их к жизни.
Больше никто не умрет из-за меня.
Часовой привстал, поднялся на колено, нашаривая свое оружие. Возродился Корвин. Гелиос, ощутив прилив сил, с гневным криком вырвала клинок – и мгновенно инкарнировала еще раз, готовясь к новому раунду схватки.
Ворон смотрел на меня. Вернее – на предмет из Синей Стали, который переливался на моей руке. Он неожиданно все понял – и мгновенно заколебался, утратил решительность. Злая воля, сопротивляющаяся моему натиску, лопнула, как напряженная струна, оставив после себя только звенящую пустоту.
Восставшие Инки не собирались давать пощады. Они действовали вместе, как отлаженный часовой механизм. Техномант создал какое-то поле, полупрозрачной сферой охватившее застывшего Ворона. Воин вытянул руку – и его клинок поднялся в воздух, разворачиваясь хищным острием.
