Автор
Юпитера с землями, но татуировка на спине всё равно продолжала нежиться, будто проклятие. Я снова встречался с неизвестными лицами — от старшего патруля Легиона до жестокого охранника в полном центурионе. Очнувшись в А-Зоне, я снова начал свою череду – это подземные коммуникации, встречи с Тарой и задание в Энджело. Всё это время я стремился установить связь с Юпитером......
— С тех пор, как ему дали по голове, он какой-то странный, не замечаешь, Ян? Вообще другой человек. Я его даже сначала не узнала.
— Грэй, — проворчал я. — Называйте меня Грэй.
Тем временем к нам подсели еще двое.
Один был широкоплечий и большой, с круглым лицом и ярко-голубыми глазами, этакий косолапый медвежонок. Второй – поменьше, потоньше, потемнее.
— Свен, привет! — протянул мне крепкую руку здоровяк. — Червяк, свали отсюда. Тинки, ты тоже.
Сев напротив, он бесцеремонно толкнул локтем моего соседа, так что тот едва не свалился, чудом не опрокинув свой поднос с едой.
— Стоп, — я положил руку на стол, усилием воли останавливая уже начавшего подниматься с испуганной физиономией Яна. — Никто никуда не уходит. Вы кто такие?
— Кано, да ты что, это же я, Ас, — выпучил глаза белобрысый. — Что с тобой?
— Видно, правда что-то с головой, — сказал второй, — Свен, все нормально. Я Эд, а этот боров – Асмунд. Мы тоже волчата, как и ты.
— Он ничего не помнит, — быстро сказала Эстер, переводя взгляд с одного на другого.
— Я слышал, Эс, — отмахнулся тот, что назвался Эдом. Он казался посерьезнее на вид. — Но это ничего не значит. Мы поможем вспомнить, ха.
Я окинул их внимательным взглядом. Народ Ветра, как почему-то называли нацию Грэйхольма, отличался крепкими светловолосыми и светлоглазыми ребятами. Эти двое были типичными представителями – как и сам Свен Грэйхольм. В прошлом их наверняка связывала крепкая дружба, скорее всего, они хорошо знали друг друга еще на родине. Ну что ж, пора начинать воспитывать, заодно и проверим пределы своей силы.
— Извинись, — сказал я здоровяку-Асу, притянув их взгляды и сосредоточившись.
— Чего? — непонимающе моргнул тот. Его сознание было каким-то неповоротливым, как сам увалень, внушить простую мысль оказалось неожиданно сложно, будто она представлялась ему чем-то совершенно немыслимым.
Мико:Видишь? Заставить делать что-то, противоположное характеру, намерениям или приказу, гораздо сложнее, чем просто подтолкнуть к нужному решению или расположить к себе…
— Извинись.
Над столом неожиданно повисло напряжение. Я в упор смотрел на Асмунда, одновременно слегка придерживая пси-полем Эда. Моя воля переламывала волю сразу двух парней, стало ясно, что происходит нечто странное."
"Мико:Ага, при одновременном направленном воздействии ты уже теряешь силу! Продолжай!
— Э… а… Ну ладно. Прости, Ян, — пробормотал неожиданно побагровевший Ас. — Я… не хотел.
