На третий день зимы, у берегов озера Имайсима - места, что казалось недостижимым в мире, склады портовых территорий были сожжены и лишь черные развалины указывали на то, как они выглядели всего несколько дней назад. Теперь приливная зона раскрывала свою реальность - дома, до тех пор казавшиеся издали, теперь оказались в поле зрения, а длинные пирсовые столбы остались лишь огрызками. В воздухе стоял тяжелый запах сгоревшего дерева и жара после пламени....
От него уже люди начали уходить, потому что он стал поджимать с оплатой. Ну и с Тайфолами…Он совершенно зря так поступил. Очень зря. Если для Брана это не так важно, то можно быть уверенным, что госпожа Саятана Тайфол ничего не пропустит.
Вот сейчас людям, которые работали по приготовлению места стоянки для орков, Наргил платил из своего кармана. Хотя это с него никто не требовал. Но совершенно точно, что Саятана Тайфол обо всем узнает. Но с другой стороны, орки встанут рядом с его будущим постоялым двором.
Мужчина покивал своим мыслям. Орки, весело переговариваясь, ехали мимо.
– Хэй! – крикнула Наргилу какая-то орчанка.
Наргил улыбнулся в ответ. А среди орчанок раздался смех. Вот только взгляд той дамы, взрослой и крутобедрой орчанки был такой, что Наргил без всяких шуток ощутил, что его оценивают… Именно в том смысле. Он даже неосознанно расправил плечи…
…А все началось с того, что он не взял деньги с разумных, которые ехали в степь. Тогда у него был даже не постоялый двор. Он прямо во дворе своего жилища предоставлял место редким путникам.
Наргил невольно посмотрел на грудь. Герб… И его дети будут носить герб. И внуки. Он будет носить герб, сын бедного лесоруба. А сейчас он стоит в добротной одежде и смотрит, чтобы работники не филонили.
«Собственно, сестра Лисы… Ничего такая, работящая» – хмыкнул Наргил.
* * *
Замок Тайфол. Ближе к вечеруЕсли бы Юлиса не имела опыт жизни во дворце, она бы и не заметила, что ее… не выделяют, нет. Ее причисляют. Ее и Антарию совершенно явственно принимают за, скажем так, тех, перед кем не надо играть.
