Автор
Ночь на улице напоминает гнетущую пленку над городом. Алеся Алексеевна Миронова — женщина твердо уверенная в себе, даже при том что она вынуждена манипулировать всеми вокруг. Её босс Оладушкин, кажется, на грани полного breakdown от всей этой неловкой ситуации. В подвале всё напряженно дышит и ждет момента, когда обстановка сменится — каким образом, только время скажет....
Две подозреваемых в убийстве, мужа и любовника, соотвественно, закладчица, цыганка-воровка, дебоширка. На вопросы женщин, за что здесь сидит она, Алеся отвечала «не знаю».
Один раз их всех сводили в душ, где ей пришлось раздеться в общественном месте. Женщины поделились с ней гигиеническими принадлежностями и начали её подкармливать, когда она приходила голодная с допросов поздно вечером. Иногда её рвало после тюремной еды, она плохо спала и терялась в догадках, почему она здесь? Алеся даже не пыталась просить адвоката и отстаивать свои гражданские права.
Однажды в комнате допросов появился следователь по особо важным делам, и он, наконец, заговорил, раскладывая перед ней листы бумаги. Всё это она уже видела, сама их недавно готовила и подписывала. Следователь вкрадчиво и спокойно начал объяснять, что от неё требуется — дать свидетельские показания против Назара, что он отмывал деньги вместе с Бахтияровыми для целого списка фамилий, среди них, конечно, был Крестовский.
— Вы можете стать обвиняемой, если откажетесь стать свидетелем. У вас будут проблемы.
Алеся зашлась в приступе истерического хохота, этот следак средней руки явно прыгнул выше своей головы и скоро долбанётся башкой о бетонный потолок. Проблемы будут у него, ведь он взялся за дело касты неприкасаемых, куда входили несколько фамилий из списка. Она смеялась и смеялась, пока следователь не стукнул по столу кулаком и её не отправили обратно в камеру, раньше обычного.
Полночи она думала, что-то в этих допросах было не так, ей не давали ничего подписывать, никаких протоколов.
— Ваша фамилия случайно не Рычков или Рыльцев, что-то вроде того? Нет?
Судя по выражению лица, фамилия была ему знакома, какая-то из двух верная, следователь по делу Назара, который пустил себе пулю в висок прошлым летом.
— За отца мстите? Дядя? Друг? Как же вы меня задолбали чёртовы мстители не из комиксов от Марвел. — покачала головой Алеся. — Какой-то бесконечный круговорот мести вокруг меня. Идите в жопу, начальник, я ни хрена не скажу, потому что ничего не знаю. Сажайте меня давайте, раз есть за что, посижу, неплохо тут у вас, люди добрые, интересные. Жратва отвратная, но привыкнуть можно. Я с бывшим зеком почти год прожила, втянулась в блатную жизнь.
