В темном лесу, где любовь тонет в чернилах криминального мира, профессионально мрачный полицейский вынюхивает машины подозреваемые в кражах. Его нетерпение напоминает голодное дыхание ночи, а выдающийся радиоактивный фон делает все более ужасным этот поисковый путь.
– Все ненужное… И сам, можно сказать, выезжаю…
Он чисто машинально бросил взгляд на телефон – и оцепенел.
Угловатые красные цифирки высветили шестизначный номер. То есть – шантарский, городской. Все телефоны «Шантарского Загорья», расположенного в четырех часах езды от Шантарска, были четырехзначные.
Вадик что-то талдычил в трубку – теперь-то Родион понял, что голос у старого приятеля был странный… И сбросил аппарат со стола. Из глаз едва не брызнули слезы – это было неправильно. Они не имели права вставать на пути в новую жизнь…
Значит, добрались до Вадика.
Голова работала ясно и четко. Прокравшись к двери, он снял «Зауэр» с предохранителя, наложил цепочку, взявшись за ручку, стал открывать дверь от себя…
Ее рванули снаружи с необычайной силой, цепочка скрежетнула, но не подвела… Наугад выстрелив в образовавшуюся щель – и с радостью услышав вскрик боли, еще какой-то шум – Родион дернул дверь на себя.
Со стальной, сейфовой, они повозятся. Вадик поставил ее не из-за воров – после того, как муженек одной из его бесчисленных симпатий, мужик габаритный, снес с петель старую дверь, и дело кончилось хорошей дракой…
Осторожно подкрался к окну, отодвинул штору. На крыше девятиэтажки напротив над невысоконьким кирпичным парапетом маячили стволы и зеленые круглые каски. Родион дважды выстрелил навскидку прямо сквозь стекло – не попал, успел заметить, но головы и стволы шустренько исчезли за парапетом…
И тут же, разнося вдребезги оконное стекло, по комнате справа налево прошла длинная автоматная очередь, Родион едва успел отпрянуть за бетонный пристеночек.
Родион испытал какое-то противоестественное любопытство, пытаясь угадать, в чем тут сюрприз. И, когда на лестничной площадке упруго громыхнул взрыв, он испытал скорее радость от того, что угадал правильно – пока автоматчик зажимал его в углу, внешнюю дверь подорвали.
