В мире безымянных событий, где каждый думает о своей судьбе, крохотный отрезок времени затягивается ядовитым вниманием. Безудержная толпа заставляет осмыслить происходящее, словно пленники соблазняющего занятия — записи событий.
— Давай, Чен, — с благодарностью кивнул Денис, — только далеко не вырывайся…
С неба, как из раскрытого до упора крана, хлынули водные потоки. Тяжелые капли дождя сперва казались прохладными и освежающими, но вскоре приятные ощущения исчезли без следа. Дождь стал противно холодным, а размокший под ногами грунт скользил, заставляя разведчиков тратить больше усилий на то, чтобы удержать равновесие.
Кряхтя, отплевываясь от попавшей в рот воды, морские пехотинцы, тем не менее, упорно шли к подножию горы.
Одно из пилотских кресел Чен отыскал на середине пути.
Теперь даже у самых отъявленных скептиков не оставалось сомнений, что летчицы (или хотя бы одна) живы. Но легче от этого морпехам не стало.
— И где теперь этих чертовых баб искать?
— Так что там о женской логике говорил наш специалист по душам? — недовольный вопрос Колесника, обращенный к замполиту, прозвучал преувеличенно громко.
Как обычно, Шувалов не долго мучился с ответом:
— Зато теперь мы точно знаем, что девушек не надо искать в Таиланде.
— Это уж точно, — пряча улыбку, согласился с капитаном Давыдов. — Круг поиска значительно сузился. Вперед, орлы…
Едва морские пехотинцы спустились на равнину, дождь как по команде прекратился — так же внезапно, как и начался. Выглянуло из-за туч солнце, наперебой защебетали птицы, и вот тут-то каждый из разведчиков смог на себе в полной мере ощутить прелести парникового эффекта.
Выбрав небольшую полянку, Денис распорядился:
— Привал полчаса, Парамонов и Журило в секрет.
Никто возмущаться не стал, время слишком дефицитно, чтобы его тратить на пустяки. Чен Оха, некоторое время разглядывавший верхушки деревьев, таким образом отслеживая направление ветра, подошел к Денису.
— Командир, я тут поблизости поброжу. Есть одна мысль по поводу парашютисток.
— Давай, — Денис посмотрел на проводника, он понимал, что здешние джунгли для того дом родной, и в одиночку вьетнамец сделает больше, чем если за его плечами будет целая орда.
Забросив на плечо карабин, Оха растворился в зеленой пелене джунглей…
Вернулся он еще до окончания привала. Опустившись на корточки, будничным тоном сообщил:
— Я нашел место, где приземлился парашютист.
— Она там еще? — спросил Давыдов, он неоднократно видел в Чечне летчиков, которым приходилось катапультироваться, некоторые становились инвалидами. Так то были крепкие здоровые мужики, а здесь две… женщины.
