В мире безымянных событий, где каждый думает о своей судьбе, крохотный отрезок времени затягивается ядовитым вниманием. Безудержная толпа заставляет осмыслить происходящее, словно пленники соблазняющего занятия — записи событий.
— Благодарит небеса за спасение и спрашивает, что делать с трупами боевиков, — перевел Чен Оха.
— Скажи, это уже их дело, — устало буркнул Давыдов. — Хотя, пусть закопают, а нет, могут скормить свиньям. Хрюшек у них много, сожрут без остатка.
Услышав такое предложение из уст пришельца, вождь отпрянул назад и ошалело заморгал глазами, не понимая, что это было: шутка или действительно серьезный совет.
Растолковать аборигену эту шараду Давыдов не успел, к нему подошел Колесник. На лице ротного оружейника он увидел несвойственную ему печать озабоченности.
— Слышь, Гусар, шняга получилась.
— Какая еще шняга? — насторожился майор.
— Одной из этих обезьян удалось слинять, — Костя кивнул в сторону убитых красных кхмеров.
— Как это, слинять?
— Я ему с ноги зарядил, он влетел в хижину одного из этих дядей Томов. А сейчас пошел подбирать тигриную шкуру, ну, сам понимаешь, чего добру пропадать, а там вместо трех жмуров — два, — объяснил ситуацию Ку-Клукс-Клан.
— Твою мать! — разозлился командир группы, хотя и понимал, что руганью положение не исправишь. Посмотрев на Иволгина, приказал: — Птица, срочно радио на Большую землю. Пусть вытаскивают нас по-быстрому, а то здесь скоро соберутся повстанцы со всей страны…
— Змей убит, они все убиты! — перед Мангустом стоял красный кхмер из сопровождения Куна, одна половина его лица была смята мощным ударом, отливая сплошной гематомой.
— Кто убил их? — глаза Мангуста налились кровью бешеной ярости.
— Их убили демоны, — прошептал боевик, в суеверном ужасе пятясь к выходу.
— Какие демоны? Говори или отправишься следом за Змеем! — новый командир отряда кхмеров потянулся за лежащим на столе автоматом."
"Боевик быстро заговорил, прижимая к груди грязные руки. Он взахлеб рассказывал все, что когда-то слышал из наркотического бреда Куна, о чем между собой судачили другие боевики, о чем красным кхмерам поведал сельский староста.
