Стилет для «Тайфуна» — читать онлайн бесплатно полностью

В чем заключалась его служба? В оказании помощи – технической и методической – политотделу 20-й армии и политорганам ее дивизий и частей. Возникшая в самом начале мысль создать некое образование из политработников РККА и бывших политработников конца XX – начала XXI века, растаяла как утренний туман под натиском требований ГлавПУРА РККА. А конкретно, его руководителя – армейского комиссара 1-го ранга Мехлиса Льва Захаровича. Он был категорически против участия в политработе выходцев из буржуазной России. Да особо никто и не настаивал.

Структуры, подобной былому ГлавПУРу, в России давно уже не было, а значит, не было амбиций и людей, желающих отстаивать их. Поэтому поступили просто – за политическую работу отвечали политотделы 16-й и 20-й армий, а союзники из будущего помогали техникой и материалами, для чего при комендатуре Особого района был создан небольшой отдельчик, состоявший из полутора десятков пенсионеров-политработников, еще помнивших, как расшифровывается аббревиатура ППР. За глаза отдел называли «домом престарелых», но обитатели отдела не обижались. Во-первых, потому что в каком-то смысле это была правда, а во-вторых – им было на это плевать. Они, как и Трофимов, были профессионалами своего дела, которое вот уже четверть века никому было не нужно. А тут внезапно появилась масса людей, нуждающихся в них и их умениях, пусть и с ограничениями. Смысл ограничений они понимали. Чтобы убеждать людей, нужно быть искренним и откровенным перед ними. И самому верить в то, в чем их убеждаешь. А вот с этим как раз было плохо. Не вычеркнуть из памяти 91-й год, предательства страны и народа верхушкой партии, национализма окраин и всего того дерьма, через которое страна прошла за эти четверть века. Даже если стараться не говорить об этом, все равно это прорывалось. Дискуссии между отставными ветеранами и молодыми и задорными политруками заканчивались, как правило, ничем. И хотя у каждой из сторон была своя правда, общего между ними было больше. И общим было дело, которому они служили. Одно было плохо. Трофимов, конечно, понимал, что то, чем он сейчас занимается, – важное и нужное дело. Что люди, уже неделями и месяцами не выходившие из боев, уже настолько привыкшие к окружившей их смерти, что уже равнодушно относящиеся и к своей собственной судьбе, как никто другой нуждаются именно в том, чем и занимались Трофимов и его товарищи. Возможно, у многих эта переформировка была первым периодом, когда смерть от них отступила, и они смогли увидеть жизнь вне ее власти.