Кардинально изменить позиции мы не в силах – значит, завтра они по всей науке ударят. Пройдутся артиллерией и потом продавят танками наш центр.
– Это вы, Афанасий Аполлинариевич, еще про авиацию забыли. Ох, скажу я вам, ощущеньице! Еще не бывали под бомбежкой? А именно вами и вашими пушками они и займутся.
– Ну что же! Будем делать, что должно – и пусть будет, что будет! Однако мы сегодня неплохо им всыпали! Как вы считаете?
– Больше двух десятков танков за бой – очень неплохой результат! Однако сколько у вас осталось пушек в полку?
– Половина. Из тридцати шести по штату. А у вас?
Ответил начальник артиллерии дивизии, грузный лысоватый подполковник.
– У меня шесть сорокапяток и семнадцать полковых. У пэтээрщиков потери незначительны. В матчасти, я имею в виду, но они, конечно, против «четверок» слабоваты.
– А что там у нас на юге за стрельба?
– Для немцев это необычно. Наверно, наши пытаются прорвать оборону.
– Думаю, вы правы. Ну, так что мы делать будем? Что тут можно придумать…
Через полтора часа, общими усилиями продумав несколько сюрпризов для немцев, они уже собирались разойтись по палаткам, когда вбежал взволнованный командир подразделения охраны штаба.
– Товарищ полковник! Разрешите обратиться?
– Там… колонна подошла. Из нашего тыла. Все незнакомые – и люди, и машины, и пушки. Точно не из корпуса.
Не успели ему ответить, как в палатку вошел майор-артиллерист, представившийся командиром отдельного противотанкового дивизиона 166-й мотострелковой дивизии. Одет он был для командира странно – в ватник. Полный набор – штаны и куртка. А на груди странная конструкция с кармашками, из которых торчали длинные изогнутые магазины, тут же в ножнах крепился нож, в маленьких кармашках угадывались гранаты. Когда он принял положение «смирно» из-под локтя правой руки выглянул дырчатый кожух оружейного ствола неизвестной марки. Кроме этого на поясе в кобуре имелся ТТ. После его доклада настроение в палатке резко улучшилось. Во-первых, от известия, что немецкая пехота, закрывшая путь корпусу, ударом с тыла и поддержавшими его частями корпуса с фронта, практически разбита. Идет, как он выразился, зачистка их позиций, и утром кавкорпус продолжит движение к Издешковскому плацдарму. Во-вторых, его дивизион прибыл в помощь. Он же передал письменный приказ командира корпуса полковника Соколова, о том, что им необходимо держать позицию весь световой день, пока корпус и боевая группа 166-й МСД будут заниматься обеспечением прохода к плацдарму.