Автор
Владимир Соловьев, успешный переводчик и инвалид, становится ключевой фигурой в расследовании загадочного преступления в элитном коттеджном поселке. Оперативница Настя Каменская вынуждена возобновить отношения с человеком из прошлого, чтобы разоблачить преступника. Психологическая игра...
– Значит, пол под ковром вы моете один раз в год?
– Совершенно верно.
– Когда вы это делали в последний раз?
– Когда? – Черкасов задумался. – В начале декабря, пожалуй. Да, еще Олег был жив. Точно. Он помогал мне сдвинуть мебель и свернуть ковер.
– Поточнее можете вспомнить?
– Надо посмотреть календарь. Это могло быть только в субботу или в воскресенье.
– Хорошо, Михаил Ефимович, с этим пока все. Скажите, вам часто приходится бывать на стройках?
– На стройках? – неподдельно удивился Черкасов. – Нет. Что мне там делать?
– Значит, специально вы там не бываете?
– Нет.
– А мимо проходить случалось?
– Наверное. – Он пожал плечами. – Я как-то внимания не обращаю на это. Иду себе и иду.
Коротков вытащил список Коли Селуянова, разложил на столе карту Москвы и начал подробно выспрашивать Черкасова обо всех его передвижениях за последние несколько месяцев. Времени это заняло много, упоительный запах курицы с чесноком стал заметно слабее – видно, еда остыла, а может, ее уже и не осталось. Всего строек, на которых в интересующее сыщиков время использовался бетон той самой редкой марки, было четыре, включая «Мечту». И если верить словам Михаила Черкасова, ни на одной из них он не был и даже близко не проходил.
Если Черкасов лгал, то нужно было скрупулезно обследовать местность вокруг этих четырех объектов в поисках места, где он держал похищенных юношей.
Если же он говорил правду, то нужно было понять, каким образом грязь с одной из этих строек попала в его квартиру.
И хорошо было бы при этом решить, верить Черкасову или все-таки не верить.
* * *Экспертиза хороша тем, что позволяет получать ответы на самые разные вопросы. Но плоха тем, что ответы эти приходится ждать довольно долго. Примерно месяц. Если быстрее – то только на личных контактах или по приказу вышестоящего начальника."
"Образцы грунта с четырех объектов уже лежали у экспертов, но рассчитывать на немедленный ответ было бы верхом неоправданного оптимизма. Единственным, на что приходилось надеяться, был факт нахождения дела Черкасова на контроле у руководства ГУВД. Под это традиционный месячный срок сократили до десяти дней. Казалось бы, что такое десять дней? Да ерунда, и говорить не о чем. Но только не в тех случаях, когда тебя ежедневно вызывают на ковер, требуют отчитаться о проделанной работе, а над твоей головой как дамоклов меч висит угроза скандала на национальной почве.
