Мне тяжело дышать от волнения: каждый шаг возвращения домой кажется знаком приближающейся смерти бабушки. Каждую ночь я мечтала о том, как буду жить без нее и что делать дальше. Пока сердце сопротивляется мысли о том, что однажды вернусь в мир без этого оттенка неба — своего светлого, теплого солнечного дня....
- Я тебя ни с кем не спутала, Саша.
Скрытая угроза в ее голосе пугала. А еще больше пугали непонятные слова, сказанные ею.
- Ты из-за денег спишь с Максимом? Или надеешься стать его женой?
- Что? – зачем-то спросила я.
Ее слова сеяли во мне панику и тревогу, но понять до конца смысл не получалось.
- Место супруги Максима занято мной. Я – Ирина Шефер, девочка. Неужели, не знала, что у твоего любовника есть жена в Москве? Ну, ты и ду… Наивная.
Ее оскорбление не осталось не замеченным, но сейчас важнее было понять, правду ли она говорит.
Порывшись в сумке, молодая женщина достала паспорт, развернула его и ткнула мне в лицо. Разворот о семейном положении, где стояла печать…
Я зачем-то раз за разом вчитывалась в одну единственную строчку, пыталась отыскать ошибку в фамилии, но ошибки не было. Передо мной стояла супруга моего…
«Уже не моего» - оборвала я себя.
Все во мне кричало, что это не правда, Макс не мог меня обмануть. Но женщина, стоявшая напротив меня, не являлась призраком.
- Собирай свои вещи и съезжай.
Я умерла.
Но разве у мертвых бьется сердце в груди? Пусть оно истекает кровью и скручивается от боли, но оно пока бьется.
Пройдя мимо нее, я направилась на выход. Мне хотелось бежать, лететь… хотелось, чтобы прохладный ветер остудил горячую кровь, которая выжигала все изнутри! Но я плелась словно черепаха, ноги не слушались.
Не помню, как дошла до метро.
Я понимала, что Максим сейчас начнет звонить. Его не может не заинтересовать странное поведение его любовницы! Охрана, наверное, уже отчиталась. Да и рабочие, скорее всего, позвонили своему нанимателю.
Хотя, ему должно быть все равно, ведь теперь я знаю правду. Он должен понимать, что на роль его любовницы я никогда не соглашусь! Хватит игр и лжи!
Завтра заеду, заберу вещи. Охрану пусть сам увольняет. Зачем эти ребята до сих пор за мной следят? Боялся, наверное, что его жена очередную любовницу просветит?!
Сейчас во мне умирала не только первая и, как я когда-то надеялась, единственная любовь, во мне умирали мечты.
