В мрачном офисном пространстве стоило только выключить дворники, как всплыла на поверхность обыденная суета и раздражение. Четверо из сои неискусственных помощников уже давно переклинивали улицу, а за окнами клубился мистический туман, напоминающий о другом мире, далеком от этого белого скопления машин и телефонных звонков....
— Какие?
— Мы с твоей тетей сегодня женимся, и я хочу, чтобы ты была на нашей свадьбе свидетельницей, — глядя ей в глаза, произнес я, но малышка вся сникла и стала сползать вниз.
Противиться я не стал, опустил Лизу на землю. Держа в руках ее маленькие ладошки, присел перед ней на корточки.
— Что случилось, малышка?
— Если вы женитесь, то я вам буду не нужна! — обижено заявила она, пытаясь вырвать свои ручки.
— Это тебе опять Павлик сказал? — серьезно спросил, хотя и понимал, что Лиза озвучивает свои страхи.
— Нет. Я знаю. Когда женятся, появляются свои дети, а чужие становятся не нужны, — по-детски попыталась объяснить, что ее тревожит.
— Ну, ты же нам не чужая, Лиза. Катя — твоя родная тетя, а я, если ты не забыла, твой старший брат. Помнишь?
— Помню. А если у вас появятся свои дети, вы и меня будете любить?
— А ты сама как думаешь? — серьезно спросил ее.
— Рома, я сфотографировала огромного крестоносца! — успокоившись, Лиза тут же переключилась на другую тему. — Я тебе его сейчас покажу, — попыталась она снять розовый рюкзак со спины, в котором лежал телефон.
— Ты мне его потом покажешь, сейчас мы опаздываем в магазин за новым платьем и туфельками для самой красивой девочки, — щелкнул ее по носу.
— Новое платье? Мне? — кивнув, я улыбнулся. — А туфельки, как у Золушки? — озадачила меня этим вопросом маленькая сестра.
— Если такие будут в продаже, обязательно купим, — пообещал я. — А теперь идем, в машине нас ждет добрая фея и два богатыря.
— Настоящая фея? — удивилась Лиза.
— Я очень на это надеюсь, — ответил ей. А еще надеялся, что Алиса поможет нам выбрать платье для Лизы, в этом вопросе я еще тот эксперт.
— А почему богатырей только два? Где третий? — по дороге к такси возмущалась маленькая «почемучка».
«И вот как сейчас выкручиваться?» — подумал я.
«Говори правду, Алмаз», — подсказал внутренний голос.
— В машине два, а третий идет рядом с тобой, — указал я на себя.
— Рома, ты не богатырь, — скептически посмотрев на меня, уверено заявила малышка. — Нет ни одного мультика про богатыря Рому."
"— Лиза, чтобы ты знала, — остановившись, улыбнулся я ей, — это я в современном мире — Роман Георгиевич, а в Древней Руси меня звали Добрыня Никитич. — малышка все еще с недоверием глядела на меня.
