В мрачном офисном пространстве стоило только выключить дворники, как всплыла на поверхность обыденная суета и раздражение. Четверо из сои неискусственных помощников уже давно переклинивали улицу, а за окнами клубился мистический туман, напоминающий о другом мире, далеком от этого белого скопления машин и телефонных звонков....
Через два часа после укола она начала сильно потеть, поднявшись с постели, я включил в спальне свет, нашел в шкафу пижаму, чтобы переодеть Фиалку.
— Алмазов, даже не думай, брачной ночи не будет, — хрипя, произнесла она, уцепившись в свою одежду, когда я попытался стянуть с нее верх. — Знаешь, принеси ты мне сегодня в постель бокал вина, у тебя был бы шанс, но уколом в задницу меня не соблазнить.
— Вижу, тебе уже лучше. Фиалка, глядя на тебя, мне хочется плакать, а не трахаться, — ухмыльнулся я и присел с ней рядом.
— Не представляю тебя рыдающим, — огрызнулась она и отвернулась в другую сторону.
— Скупую мужскую слезу даже у меня можно вызвать. Тебя надо переодеть, только осложнений нам не хватало. Станешь сопротивляться, сорву с тебя эти мокрые тряпки, — предупредив, я поднял ее с постели.
— Я в ванную, — схватив вещи, направилась она к двери.
— Утром искупаешься, а сейчас переодевайся и в постель! — негромко, но угрожающе произнес я. Катя еле держалась на ногах, и геройствовать я ей не позволю.
— Отвернись, — скрестив руки на груди, не сдавалась она, хотя на принятии душа настаивать не стала.
— Где взять чистое постельное белье? — Фиалка кивнула на антресоль и развернулась ко мне спиной.
Достав с верхней полки комплект, я развернулся и на мгновенье застыл, но, чтобы ее не смущать, принялся застилать кровать. Этой секунды хватило, чтобы разбудить мои мужские инстинкты, которые рядом с ней всегда были обострены.
Сегодня я видел ее практически обнаженной, если тогда мне было не до ее прелестей, то сейчас я не мог не думать о ее маленькой упругой заднице и небольшой красивой груди.
— Не смотри, — произнесла она. Я чувствовал, что Катя за мной наблюдает, стягивая с себя штаны.
— Фиалка, я видел твои обнаженные ноги еще в первый день нашего знакомства. У тебя родинка на правом бедре в форме сердца, а еще на левой ягодице я разглядел «Пояс Ориона», — решил ее немного подразнить.
— Тоже мне, звездочет, — буркнула она охрипшим голосом, а я рассмеялся.
— Сядь, пока не упала, и померь температуру, градусник на тумбочке. — без лишних споров она послушалась.
— Тридцать восемь и два, — произнесла Фиалка, когда я закончил перестилать постель.
— Потерпишь или собьем?
— Потерплю! — испуганно прохрипела она.
— Я хотел всего лишь дать тебе таблетку парацетамола. Лечиться начнем с утра, а сейчас возьми из этой коробки две таблетки и медленно их рассоси, они снимут боль в горле, — выключив свет, я прилег на постель.
