Зиночки Ковальчук и Ритуля оказываются в центре мистического события, когда первобытные инстинкты обостряются. Они сталкиваются с необъяснимым влечением, которое бросает вызов общепринятым нормам. Их судьба зависит от того, смогут ли они справиться с этой странной и мощной силой.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Сто удач и одно невезение» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Зиночки Ковальчук и Ритуля оказываются в центре мистического события, когда первобытные инстинкты обостряются. Они сталкиваются с необъяснимым влечением, которое бросает вызов общепринятым нормам. Их судьба зависит от того, смогут ли они справиться с этой странной и мощной силой.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Зиночки Ковальчук и Ритуля оказываются в центре мистического события, когда первобытные инстинкты обостряются. Они сталкиваются с необъяснимым влечением, которое бросает вызов общепринятым нормам. Их судьба зависит от того, смогут ли они справиться с этой странной и мощной силой.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Они смотрели-смотрели-смотрели в глаза друг другу, говорили что-то не словами, объясняли, не договорили, не объяснили – сорвались!
Он рывком прижал ее к себе, так и не опустив на пол, держал одной рукой, второй запрокинул ее голову и поцеловал!
И поплыло-о-о-о все куда-то…
Ничего не осталось вокруг… за… вне… Только они! Здесь и сейчас! Во всем пространстве, а остальной мир исчез, не тревожа их единение!
Они куда-то спешили, рвались, опомнившись на пару секунд, обнаружили себя лежащими на полу в прихожей, попытались торопливо стянуть друг с друга одежду – забыли, бросили, потерявшись в поцелуе! Да черт с ней, в конце концов, с одеждой – обойдется!
И целовались неистово, как школьники на укромной лавочке в парке, спрятавшись ото всех, позабыв обо всем на свете, и еще говорить пытались:
– Соскучился… страшно… увидел…
– Да-а-а, – вторила Зинаида, не понимая, что говорит.
И шептали что-то бессмысленное, радостное, прерывая поцелуй на миллиметры, какая разница что! Голоса друг друга слушали, как музыку великую!
И Захар не выдержал! Еще совсем немного, и можно перегореть в пепел от нежности, страсти, желания!
И вошел в нее сильно, мощно, побеждая, оставляя за этим движением все прошлое, реально-правильное, реально-неправильное – бывшую жизнь! Замер на пару секунд, переживая обладание этой бесконечно желанной женщиной, как возрождение, и понесся вперед! С ней, одним целым!
– Господи, Захар! – пыталась что-то говорить, передать словами свои чувства Зинаида.
– Я знаю, маленькая, знаю! – разделял с ней все, что имел, сейчас он.
И она кричала, поднявшись на самый запредельный верх, молодо, бесстрашно, отринув и отказавшись от всякой суетной шелухи! А он вел ее за собой, победно рыча нутром, как перед смертью! И держал ее в руках, сильно и нежно одновременно, когда они, планируя, возвращались…
Зинаида смогла определить свое местоположение – в прямом смысле «положение» – в пространстве, пока не в глобальном, а ограниченном, а заодно и Захара, лежавшего сверху нее. Далее последовало еще более интересное открытие, веселенькое такое, о форме полуодежды, не снятой до конца, еще точнее, просто не снятой.
– Кадр один, дубль два, – прохрипела пересохшим горлом Зинуля. – Как мы умудряемся это проделывать, ты не знаешь? Как подростки, честное слово, дорвавшиеся до запретного секса!
Он хмыкнул куда-то ей в макушку, не изменив положения, или, правильнее, «наложения» на Зинулю, своего тела.
