Зиночки Ковальчук и Ритуля оказываются в центре мистического события, когда первобытные инстинкты обостряются. Они сталкиваются с необъяснимым влечением, которое бросает вызов общепринятым нормам. Их судьба зависит от того, смогут ли они справиться с этой странной и мощной силой.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Сто удач и одно невезение» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Зиночки Ковальчук и Ритуля оказываются в центре мистического события, когда первобытные инстинкты обостряются. Они сталкиваются с необъяснимым влечением, которое бросает вызов общепринятым нормам. Их судьба зависит от того, смогут ли они справиться с этой странной и мощной силой.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Зиночки Ковальчук и Ритуля оказываются в центре мистического события, когда первобытные инстинкты обостряются. Они сталкиваются с необъяснимым влечением, которое бросает вызов общепринятым нормам. Их судьба зависит от того, смогут ли они справиться с этой странной и мощной силой.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Игорь Верещагин шагнул навстречу, вручил ей букет и, не отрывая загипнотизированного взгляда от ее глаз, выпалил с ходу:
– Маргарита Аркадьевна, выходите за меня замуж! – и, повернувшись к присутствующему Аркадию Петровичу, поинтересовался: – Можно?
Можно или нет, решала Ритка, а посему оказалось «можно»!
Они прожили вместе три года. Семья Левинсон, вздохнув, помогла деньгами в развитии бизнеса, но под правильно оформленные документы, и Ритка заимела половину доходов.
Риточкина «особенность» Игоря не напугала, а явилась поводом для смеха, до определенной, естественно, поры. Мишку он обожал, возился с ним, баловал, словом: «Жить начала счастливая семья!»
По предыдущему опыту Ритуля разлюбила Игоря Верещагина, родив замечательную девчушку Веронику, пухленькую, розовощекую и веселенькую. И при всей его неостывшей любви Игорю пришлось ретироваться, дабы не быть фатально изувеченным.
Дружат. Очень хорошо друг к другу относятся. Никуша папина дочка, балованная и обожаемая им без меры, Мишку он тоже любит и балует так же, как и последовавших далее двоих Риткиных детей. Бизнес поднял, раскрутил, вывел на серьезный уровень с помощью Риткиной семьи и связей. С легкой душой предложил отдать половину бизнеса деньгами, но дедушка Лева возразил:
– Игорь, ви знаете, лучше пусть оно будет пожизненное выплачивание процентов. И Ника у деньгах, и нам спокойнее.
– Та пусть! – согласился Игорь.
Следующий муж, латыш Андриес, образовался, когда Нике отмечали полтора годика.
Схема та же – увидел, обалдел, пострадал травматично, вылечился и сделал предложение, предварительно поухаживав неделю. С этого особо взять было нечего, кроме родни в Латвии, в собственном доме, и загадочного бизнеса в той же стране.
Таки родня узнала за тот бизнес – одесситы есть везде!
С Андриесом Ритка прожила четыре года, и то потому, что большую часть времени он находился на исторической родине по делам бизнеса.
Родился мальчик, дали нейтральное имя Станислав – по-латышски Стас, по-одесски Сева.
Дружат. Редко встречаются. Стаса папа и его родители любят, не забывают, обеспечивают. В Латвию сына Ритка не отпускает.
Севочке девять месяцев, Риточка, «таки закончившая иняз», работала переводчицей при французском посольстве, при устройстве без знакомых и их знакомых не обошлось. На каком-то из протокольных мероприятий встречает непростого грузина, имеющего делово-дружеские отношения с этой страной. Бабушка Ида, прознав про новую любовь, поинтересовалась:
– Риточка, ты таки решила основать четвертый интернационал в рамках отдельно взятой семьи?
Страсти кипели, боже ж мой! Только держись!
Искры разлетались на три державы – грузинскую, российскую и одесскую!
Летом в Одессе такой фейерверк стоял в честь Ритули! Семя радовалась.
