Дежурный директор попытался отвести внимание от шумных разговоров подчиненных с помощью легкого подарка — своего отпуска. Однако начальник службы безопасности не был в настроении отдыхать, а воспринял его как приглашение в спор. В ритме высокопарной перепалки автор создает напряженную и динамичную атмосферу, оставляя читателю желание узнать больше о причинах столь необычного поведения главных героев....
Но за десять лет вместе я уже привык к этим странностям и купился. Из командировки все же вернулся раньше. Только отвозить Диану к ее родителям не стал. Мне было плохо. Ей плохо. Этим держались друг за друга. Первый год пролетел как в тумане, черном, траурном. Второй и третий прошли под лозунгом: «Беременность любой ценой!». Врачи, анализы, новые попытки. К кровати подходил как к тренажеру в зале. А на четвертый год жизнь вернулась в то же русло, как и перед попыткой развода. Тотальный контроль, слепая ревность, упреки, скандалы, тонны перебитой посуды и еще большее желание развестись.
– Боже...
Вероника не стала озвучивать догадки. Не спрашивала ни о чем. Лишь сжимала сильнее и, как ни странно, от этого Руслану становилось только легче.
– Следующая попытка развестись состоялась уже не в ЗАГСе. Диана посчитала, что за тринадцать лет вместе заслужила не половину квартиры, которую я собирался добровольно ей отписать, а целую. Шансов у нее не было. Я проконсультировался заранее у своих адвокатов.
– Это было возможно?
– В теории – да. После одной из командировок она наведывалась ко мне. Но, учитывая все наши попытки до этого... Вряд ли.
– И вас не развели?
– Судья даже справку не потребовала. Отправила мириться и рожать.
– Но снова ничего не вышло?.."
"– История повторилась почти один в один. Разница была лишь в том, что я не стал забирать Диану у родителей.
Словно это не он схватил пулю, а Вероника прямо сейчас, она дернулась всем телом и буквально вжалась в него. Это были уже не объятия, а слиток из двух тел.
– Перед третьей попыткой развода Диана заранее сообщила, что не отпустит меня, – вдаваться в подробности Руслан не стал. Этот разговор нужно было заканчивать. И ради него самого.
