Секретарша генерального директора переведена в приемную грозного начальника службы безопасности как наказание. Он видит в ней помеху к своей карьере. Между ними разгорается конфликт, но постепенно враждебность сменяется притяжением. Смогут ли они преодолеть взаимное недоверие и найти общий...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Стоять, бояться, раздеваться!» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Секретарша генерального директора переведена в приемную грозного начальника службы безопасности как наказание. Он видит в ней помеху к своей карьере. Между ними разгорается конфликт, но постепенно враждебность сменяется притяжением. Смогут ли они преодолеть взаимное недоверие и найти общий...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Секретарша генерального директора переведена в приемную грозного начальника службы безопасности как наказание. Он видит в ней помеху к своей карьере. Между ними разгорается конфликт, но постепенно враждебность сменяется притяжением. Смогут ли они преодолеть взаимное недоверие и найти общий...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И от оскорбленных существ мужского пола, и от завистливых женщин. Но на память, как в детстве, никто не жаловался.
– И как вы только со мной работаете!
Стоп-кран слетел к чертям. Чуть ли не вырывая с мясом пуговицы, она начала расстегивать рубашку. Ничего не смущаясь. Ни о чем не беспокоясь.
– Сам не знаю, – прозвучало с неожиданной обреченностью.
Эта обреченность Веронику и зацепила. На миг остановив яростный стриптиз, она посмотрела на своего босса и чуть второй раз за день не уронила челюсть.
Вместо того чтобы раскрыть рот и начать трахать ее глазами, бессердечный монстр последовал примеру своей помощницы.
Быстрыми пальцами пробежался по всем пуговицам рубахи Деда Мороза. С какой-то дикой злостью стянул один рукав, затем другой. И бросил рубаху возле чехла с одеждой.
Не было в этом ничего от грации Ченнинга Татума в «Супермайкле». Даже от стиптизерских плясок отечественной звезды – Тарзана! Но горло у Вероники внезапно пересохло, ноги подкосились, а тело бросило в такой жар, что пришлось спиной привалиться к холодной двери каморки.
Если бы хватило сил, она бы обязательно пропищала что-нибудь вроде: «Предупреждать надо!». Или потребовала табличку «Осторожно! Восемнадцать плюс».
Но сил не было.
Храбрости тоже.
А взгляд против воли соскользнул с лица начальника вниз – на сильную широкую грудь, на бугрящиеся мускулами мужские руки, на восемь совершенных кубиков и на убийственно эротичные косые мышцы. И воздух в комнате мгновенно стал густым и горячим.
______
*Имеется в виду новогодний немецкий гимн «O Tannenbaum»."
"Глава 7. Кобелиная мужская натура
Вероника не помнила, как одевалась, как выбиралась из каморки и как садилась в машину. Ее абсолютная память первый раз в жизни дала сбой!
Детский дом был позади, а в голове остались только обрывки воспоминаний.
Холодная дверь за спиной и непривычная, резкая слабость.
Литые бицепсы, трицепсы, идеальные кубики и голодный взгляд синих глаз.
Собственные пальцы. Почему-то дрожащие и не попадающие в петли.
Две рубашки, лежащие рядом. Белые, как флаги на поверженных крепостях.
Шаг навстречу. Один. Широкий. Мужской.
Сильная рука, обхватывающая горло, и большой палец, поглаживающий вену.
Напряжение. Сумасшедшее. До звездочек перед глазами. До позорной тянущей боли внизу живота. До жара, словно рядом развели адский костер.
И стук в дверь.
Резкий, неожиданный. С детским криком: «Дед Мороз, выходи!» три громких раза.
После этого Вероника совсем ничего не помнила. Ее будто выключили, а включили уже в джипе. Одетую, обутую. В черном платье под тонкой шубкой и удобных сапогах Снегурочки.
Ее личный маньяк выглядел до обидного намного лучше. На нем не осталось ничего от Деда Мороза. Дорогой костюм подчеркивал широкие плечи. Белоснежная рубашка оттеняла легкую небритость.
