Дежурный директор попытался отвести внимание от шумных разговоров подчиненных с помощью легкого подарка — своего отпуска. Однако начальник службы безопасности не был в настроении отдыхать, а воспринял его как приглашение в спор. В ритме высокопарной перепалки автор создает напряженную и динамичную атмосферу, оставляя читателю желание узнать больше о причинах столь необычного поведения главных героев....
Прижатая к каменной груди, Вероника слышала, как его сердце набирает скорость. Видела вздутые вены на висках и шее. Но проще, наверное, было остановить грузовой поезд, чем этого мужчину.
– Такое ощущение, что тебя до меня вообще никто не трахал. Тесно. Сдохнуть можно.
Мощный поток воды бил сверху. Струи лупили по коже, оставляя полосы. А снизу, словно адская машина, начали работать бедра.
Таранили нежную промежность. Подкидывали. Вдалбливали член до упора.
– До тебя меня любили.
Слова давались с трудом.
– В задницу такую любовь, раз даже не трахали нормально.
Убойная медвежья логика под пошлый звук шлепков разила наповал. На это было нечего ответить. Ни один из ухажеров не заставлял кончать так ярко и долго. Ни с кем не теряла рассудок.
– Согласна! К черту ее!"
"Шалея окончательно, Вероника зубами впилась в мужское плечо и сама задвигалась навстречу.
Идеально попадая в такт.
Ударяясь грудью о грудь при каждом столкновении.
Не сводя взгляда с безумных глаз напротив.
Как на прямой связи с раем. Ее собственным филиалом, где было только наслаждение. Без проблем, тревог и опасности.
Сколько они проверяли на прочность стены душевой, так и осталось загадкой. Густой пар окутал, как огромная песцовая шуба. Тонкие женские и глухие мужские стоны слились в один хор. И спустя много-много-много жёстких и быстрых толчков крыша Вероники помахала рукой.
Забылось, из-за чего сегодня ругались.
От остроты ощущений Вероника даже кричать не могла. Задыхаясь, хватала ртом воздух. Обнимала Руслана за шею. Не понимала, где верх, где низ. И пульсировала. Каждой клеткой. Выжимая из своего бешеного медведя все до последней капли и последнего звука.
* * *– Проклятие... Чувствую себя пирожком со сгущенкой. Эклером.
Сидеть на кафельном полу кабинки было неудобно, но подняться не хватало сил.
– Злишься?
Мужское лицо стало серьезным, и между бровей снова пролегла складка. Некрасивая. Старящая.
В ответ Вероника так и хотела пошутить, что сейчас полчаса придется сидеть в душе, пока вытечет вся липкая начинка. Но Руслан ее опередил.
Заставил положить голову на плечо. Коснулся губами затылка и успокаивающе произнес:
– Если ты волнуешься из-за защиты, то не нужно. Я здоров. А больше тебе ничего не грозит.
