Автор
Второй том столичного доктора представляет собой таинственный мир в альтернативной реальности, где каждое слово и каждый шаг окутаны загадкой. Проникаясь приключенческим духом и мрачной глубиной страшных тайн, читатель окунется в необычную повесть о жестоких борьбах и завораживающих открытиях....
Кроме знакомцев и приятелей — Дьяконова, Филатова и Россолимо. Хотя и Иван Михайлович здесь же, приветливо улыбается. Надо будет узнать, что там его гаврики делают с группами крови.
Ректор, узрев меня, брошенного Бобровым у входа, взгромоздился за кафедру.
— Господа, не будем долго тянуть. Все мы собрались здесь по очень приятному поводу. Императорский Московский университет, ректором которого я являюсь, поздравляет господина Баталова Евгения Александровича с присвоением звания экстраординарного профессора хирургической госпитальной клиники.
Раздался гром аплодисментов.
Глава 21
Охренеть и не встать! Я поднялся на трибуну к ректору, пожал руку. И еще одну. И еще. Коллеги тоже вылезли из-за парт первого ряда, начали поздравлять. Аплодисменты все не стихали и не стихали. Секунд десять, наверное. После Боброва, подняв руки и призвав к тишине, на трибуну вышел Россолимо. И выдал такую комплиментарную речь, что патока полилась из всех щелей.
— А операции! — он потряс несколькими журналами, которые принес с собой. — Новый метод резекции кишечника, операция на сердце. Кто может из вас похвастать, что работал с миокардом? Четыре полноценные научные публикации в ведущих медицинских журналах. Всего за полгода.
После таких восторженных аттестаций, меня попросили сказать речь.
— Вы, батенька, теперь самый молодой экстраординарный профессор в истории университета, — пробасил ректор. — Каково вам?"
"Очень я хотел сказать пару ласковых «Некрасовым». Как выкинули меня с кафедры, как отчисляли студентов — взять того же Винокурова-младшего… Но придется говорить приятные банальности.
— Хочу выразить благодарность всем медицинским работникам за их труд и преданность профессии.
