Автор
Второй том столичного доктора представляет собой таинственный мир в альтернативной реальности, где каждое слово и каждый шаг окутаны загадкой. Проникаясь приключенческим духом и мрачной глубиной страшных тайн, читатель окунется в необычную повесть о жестоких борьбах и завораживающих открытиях....
Дмитрий Леонидович тоже по этой стезе идет. Вот и предложу ему богатую практику с сифилисом, а фоном — изыскания на ниве плесневых грибков. Идея? Идея!
Но в институте Романовский отсутствовал — взял выходной. Я узнал его домашний адрес, и пошел на улицу. Пока дойду, развеюсь немного. Да и рядом всё — Дмитрий Леонидович проживает в доходном доме за нумером девять на Седьмой Рождественской улице. Как мне объяснил дворник — минут пятнадцать. С Кирочной повернуть на Греческий проспект, дойти до сада, и слева от него нужная улица и будет расположена.
Не обманул. Кстати, в хорошем доме мой товарищ квартиру снимает. Пять этажей, новый совсем. Добротный, солидный. Дворник мне показал куда идти, я поднялся. И этаж третий, господский. Не бедствует Дмитрий Леонидович. Если переманивать к себе, придется аргументы придумать хорошие. Денежные. Впрочем, с финансами у меня налаживалось. Новый платеж от Келера вышел почти на двадцать тысяч! Даже покупка зданий для новых скорых уже не казалась несбыточной мечтой.
Открыла прислуга, и оказалось, что я пришел просто поцеловать дверь: барин с супругой отсутствует, обещался быть из театра к девяти, приказал ужин накрывать.
Вот что тут делать? Ждать хозяина у него дома — не с руки. Схожу лучше, прогуляюсь. До Склифосовского, на Моховую, шесть, идти не хотелось. Тоже почти рядом, но зайду-ка я в какой-нибудь трактир неподалеку, да съем чего попроще. Настроение такое, что вот как раз хочется вареной картошки с селедкой и квашеной капусткой.
Оставил прислуге визитную карточку с загнутым правым верхним углом — надеюсь на встречу — спустился на улицу. Пока крутился по району в поисках кабака — совсем стемнело. Фонарщики начали зажигать освещение, появились дворники с совками — собирать конские яблоки.
Наконец, я вышел на крики и какую-то движуху к трактиру под названием «Яма». Находилась она и вправду в каком-то полуподвале, по типу того, где начиналась моя врачебная карьера в Москве.
Столик нашелся с большим трудом — в «Яме» было плотно. Веселились какие-то компании извозчиков, была и молодежь — то ли курьеры, то ли еще кто-то. По одежде не понятно, да и разглядывать недосуг — кишка кишке бьет по башке. Я крикнул полового, заказал холодца с хреном, щец, хлеба и водки.
Выпить беленькой я не успел.
