Автор
С первым колокольным звоном Киев разразился жизни и опасности. Бородатые стражники на улицах Города скрипят подкованными сапогами, как будто ждут чуда или беды. Мощный колокольный гул проникает в каждую щелку и постель города, ожидая приключений.
Сабля блеснула, как серебристая рыбка, выскользнула из ослабевших пальцев. В затылке половца торчала стрела с белым пером, а сам он очень медленно сгибал колени.
Томас даже не крикнул Олегу, дыхания не хватало, озверелые рожи лезли со всех сторон. Их было не меньше трех десятков, из соседних улочек спешно возвращались, зачуяв звуки новой битвы, разбредшиеся мародеры. Томас поворачивал коня, теснил их, отвоевывая простор. Вокруг него падали сраженные, он остервенело рубил и крушил, во рту внезапно ощутил пену — доблесть берсеркера, но постыдную для воина Христова.
Олег холодно смотрел, как рыцарь продвигается, как медведь в стае псов, к трем всадникам. Те подпустили его на длину меча, но рыцарь опрокинул и последний заслон. Всадники попятились. Между ними и железным воином возникали все новые ряды, Томас же шел напролом с упорством англского быка.
— Да черт с ними! — крикнул Олег нетерпеливо. — Поехали дальше.
— А враги? — крикнул Томас бешено.
— Да какие они враги? У них тут свои свары.
— А женщина?
— Женщин везде приносят в жертву.
— У нас не приносят!
— Ну да, — сказал Олег саркастически, — не видывал я ваши обряды!
— То были не наши...
Кочевники наконец поняли, что рыцаря простым натиском не взять, разом отхлынули.
— Ну, кто супротив воина Христова?
Олег с досадой придержал стрелу на тетиве. Если свои победы приписываешь Христу, то пусть он и помогает.
Кочевники разом сорвали с седельных крюков короткие скрепленные костным клеем турьи рога, их луки начали осыпать рыцаря градом стрел. Томас разъяренно ревел, железные наконечники звонко били по шлему и доспехам, нанося урон самолюбию.
Всадники торопливо отдавали распоряжения, и к рыцарю начали подкрадываться с разных сторон с баграми на длинных рукоятях. Женщина у столба уже освободилась, но бежать не решалась, везде половцы, пряталась за столб. Томас отсалютовал ей мечом, едва подняв его на уровень седла."
"Пропадет дурак, подумал Олег с досадой.
