Стоунхендж — читать онлайн бесплатно полностью

Глава 4

Потрясенный, Томас молчал, будто на голову падали не осенние листья со столетних дубов, а сами дубы. В ушах гудело, будто деревья падали на голову без шлема. Неужели он коснулся святыни святынь — меча легендарного прародителя всего племени, когда-то крохотного, а теперь уже могучего народа англов?

Пальцы робко коснулись рукояти старинного меча. Голос был слабенький, таким Томас никогда раньше не разговаривал.

— Этим мечом... все еще можно сражаться?

— Это не простой меч. Когда Англа положили в эту простую гробницу... я когда-нибудь расскажу, почему мы похоронили его так просто... то, как ты знаешь, герои не уходят из жизни, не сказав последних слов мудрости, и... Ладно, об этом тоже потом. Но даже в могиле герои остаются героями. Даже свершают великие деяния.

Томас слушал так, как не слушал никогда даже священное писание. В этот момент с него можно было снять доспехи, отобрать чашу и даже раздеть догола на пронизывающем британском ветру.

Калика сказал с уважительным удивлением:

— Я не знаю, как это ему удалось, у героя свои пути, но... часть души Англа перешла в его любимый меч.

Томас ахнул, с бережной опаской коснулся рукояти меча. Та была теплой, несмотря на встречный холодный ветер.

— Я его понимаю... Но что это значит теперь?

— Это честный меч. И от других требует того же.

Томас смотрел непонимающе. Яра спросила тихо:

— Требует?

— С простым мечом бьется как меч простого воина. Когда сталкивается с зачарованным оружием, он... перестает быть таким простым!

Когда опустили могильную плиту на место, Томас благочестиво перекрестился, не очень-то веря калике, что прародитель англов жил в такое время, что Христа — страшно подумать! — еще не было на свете. Но все равно, пусть почиет в мире и благодати. Даже если язычник.

Томас мгновение постоял с опущенной головой, стараясь вспомнить слова молитвы. Войсковой капеллан говорил, что латинских фраз одна иль две в его пустой застряли голове, но то, что Томасу приходило на ум, мало напоминало молитвы.

К счастью, он услышал стук копыт. Нет, даже звон подков тяжелого рыцарского коня. Это было знакомо, и Томас, сразу повеселев, бросил ладонь на массивную рукоять меча своего предка.

— Семеро!

Калика прислушался.

— Скорее, четыре.

— Четверо из Семерых? — спросил Томас, загораясь.

— Четыре копыта... Один конь.

Томас прислушался, недоверчиво покачал головой.

— Слишком тяжело идет.

Из-за холма на их каменистую дорогу выехал рыцарь на серой измученной лошади. Сзади на крупе сидела молодая женщина. Конь выглядел не просто усталым, он едва передвигал ноги. Рыцарь, завидев на дороге Томаса в полном вооружении и Яру с луком в руках, опустил забрало и взялся за копье.

Томас поднял руку.

— Мы с миром!..