Автор
С первым колокольным звоном Киев разразился жизни и опасности. Бородатые стражники на улицах Города скрипят подкованными сапогами, как будто ждут чуда или беды. Мощный колокольный гул проникает в каждую щелку и постель города, ожидая приключений.
"
"Томас посмотрел на калику с укором: даже женщина рвется в бой, но Олег сильно хлестнул коня Томаса.
— Тогда думай, что половцы видят не твою спину, а испачканный зад твоего коня!
Он развернулся навстречу погоне. Дробный перестук приближался, из ворот выметнулись на легких конях трое всадников. Увидев, что дорогу перегородил зеленоглазый всадник с красными волосами, передний остановил коня так резко, что едва не разорвал рот удилами. Другие проскочили чуть, стали оглядываться. Хан их не видит, зачем класть головы? Этот воин в волчьей шкуре перебил не меньше десятка воинов! А их только трое.
Олег очень медленно погрозил им пальцем — такая многозначительность пугает больше, чем если бы орал и угрожал мечом. Половцы горячили своих лохматых злых лошадок, но оставались на местах.
Волхв неспешно пустил коня по следам Томаса. Пальцы, перебирая обереги, то и дело натыкались на бусину в виде подогнутой лапы. Опять бегство, словно вся жизнь в том, чтобы убегать или гнаться. Впрочем, человек на самом деле всю жизнь убегает от беды и гоняется за счастьем.
За конем Томаса следы оставались размером с тарелку. Если бы половцы даже ослепли, хан отыщет на ощупь и все равно заставит пойти по их следу. Человеком движет месть, многие в этом видят главное отличие человека от зверя.
Томаса Олег обнаружил на краю огромной поляны. Рыцарь слез, оставив женщину на коне, осматривался с удивлением и тревогой. Поляна была с большое поле и вся уставлена крохотными домиками, похожими на собачьи будки.
— Сэр калика, — воззвал Томас тревожно, — это дома гномов?
Олег покосился на женщину. На ее пухлых губах проскользнула слабая улыбка.
— Да, — ответил он, — только очень маленьких.
— А гномы и есть маленькие.
— Эти скорее эльфы... только толстые.
Томас прислушался, сорвал с седла огромный меч.
— Все-таки гонятся.
Женщина подала голос, и снова Томас удивился, насколько чисто и ясно он прозвучал:
— Можно поискать убежище... в башне.
— Кто там?
— Волхв, который нашел уединение.
— Уединение находим только в домовине, — буркнул Олег, — со скрещенными на груди руками.
А Томас поморщился:
— Язычник... Куда смотрит святая церковь?
Но ухватил коня под уздцы и потащил через странное поле. Женщина спрыгнула, пошла с другой стороны.
