Автор
С первым колокольным звоном Киев разразился жизни и опасности. Бородатые стражники на улицах Города скрипят подкованными сапогами, как будто ждут чуда или беды. Мощный колокольный гул проникает в каждую щелку и постель города, ожидая приключений.
Помимо рыцарской чести есть еще и стремление убрать помеху с пути. Земли Мальтонов король уже роздал троим соседям, усилив их лояльность, осталось захватить лишь замок. Если бы не его неожиданное появление, король уже прибрал бы замок к рукам. Похоже, он оставил бы его себе или передал бы Торку, наследнику престола. Слишком хорошо замок стоит. И укреплен хорошо, и места сказочной красоты...
Томас взобрался в седло, взял в руку копье, синие глаза потемнели. Рядом похрустывало кожей новенькое седло под МакОгоном, он изготовился драться с рыцарем, что ехал слева от Торкзельда.
Справа от Томаса с помощью двух оруженосцев взобрался в седло сэр Торвальд.
Яра вполголоса разговаривала с МакОгоном, но Томас видел ее обеспокоенные взгляды, которые она бросала в его сторону.
Трубы зазвучали неожиданно громко и резко. За шатрами грянула резкая сарацинская музыка. С западной стороны на арену из-под арки выехал Торкзельд. Он был настолько громаден и грозен, что два других рыцаря оставались словно бы в тени, хотя оба были сильнейшими рыцарями Британии.
— Наш день, — сказал сэр Торвальд, лицо его помолодело.
— Тони с надеждой, что выберешься на берег, — сказал Томас. Его глаза не отрывались от могучей фигуры Торкзельда, лишь бросил короткий взгляд на калику, тот постоянно твердил эту поговорку. — Мы еще на конях. И копья у нас целые.
Он пустил коня вперед. Втроем выехали на арену, разъехались в стороны. Снова прогремели трубы. Томас страшно вскрикнул, нагнетая свою ярость в коня, а на трибунах замерли.
