В огромной радуге над лесом звучало пение птиц, восстановляющее дух и душу после скитаний. Прошел еще один год кажущейся бесконечности жизни. Алакдар задумчиво пересчитывал в уме свои года — триста семьдесят шесть. Физически он выглядел еще крепким, но на вид ему было лет сорок, оставаясь в постоянном противоречии с самим собой и окружающим миром....
Многие юные красавицы к тридцати годам теряют большую долю своей привлекательности, а с красотой таргини все было ясно, потому что такая красота всерьез и надолго. Рядом с ней Арданай выглядел родным братом, а не сыном. Глядя на Нару, я четко осознавал, что за нее еще не одна голова улетит с плеч и Арданай не последний ребенок в семье. Сопровождали Арданая и Нару четыре огромных телохранителя, которым я, далеко не самый мелкий представитель рода человеческого, едва доставал головой до плеча. Гиганты держали в руках огромные топоры с лезвиями, покрашенными в красный цвет, подчеркивая этим название своего клана.
"Ошарашенный происходящим я не смог найти слов для приветствия и после некоторого замешательства просто поцеловал Наре руку. Пришло время, приходить в замешательство таргине, я являлся плохим знатоком геонского куртуазного этикета и поэтому инстинктивно поступил, так как подсказывала мне интуиция.
– Ингар, это что ты сейчас сделал, зачем ты поцеловал мою руку?
– Я поступил по законам моего мира, таким красавицам как Вы госпожа Нара на Земле положено целовать руки.
– На Геоне так не делают, у нас закрывают глаза рукой, чтобы не ослепнуть от сияния красоты возлюбленной.
Я тут же прикрыл глаза рукой, чем окончательно снял неловкость создавшейся ситуации.
Совместная трапеза окончательно развеяла напыщенность официального приема, и мы перешли к почти семейной беседе. Нара как старшая по возрасту и статусу взяла бразды правления в свои руки и задала тон разговора.
– Ингар, честно говоря, я не хотела плыть на Тереб, но Арданай настоял, чтобы мы сделали крюк и узнали о твоей судьбе.
– Рассказывать в принципе нечего, все произошло по большому счету случайно.
